March 17th, 2009

Квартирный вопрос

Беда у советской власти была одна единственная – очень многие занимали не свое место. Мысль не моя и мысль верная.
И вправду, министерством культуры вполне мог руководить какой-нибудь прирожденный тракторист, потенциальный, но нереализованный передовик сельского хозяйства, а репрессированный искусствовед управлять трактором. Неумело управлять и неумело руководить.
Быть может, из товарища Сталина неплохой батюшка бы получился по окончании семинарии, а из Никиты Сергеевича – фермер.
Из стервы-паспортистки в ЖЭКе – доярка, а из хамки-продавщицы в Гастрономе – слободская сваха. И если бы кто-то не встрял в естественный ход событий, не повернул реки вспять, а историю в непонятное никому русло, так оно и было бы. Доярка была бы дояркой, сваха – свахой, Хрущев крепким хозяйчиком, искусствовед – искусствоведом, а вождь народов приходским священником. В последнем, впрочем, не уверен.
Но, мало того, что всколыхнули и переместили, посадив на чужое место, еще и убедили в том, что сие есть правильно и единственно возможно. Каждый из перемещенных уверовал в свою сакральную сущность, и с абсолютно чуждыми занимаемому положению вывертами начинал активную деятельность по внедрению механизации в живопись позднего Ренессанса.

Думаете, с тех пор что-то изменилось?

Мы тут квартиру меняем, меньшую на большую, с доплатой. Сложная, многоходовая комбинация. Кредиты, залоги, ячейки, бесконечное количество участников и риэлтеров-кукловодов. Как в плохой пьесе – слишком много действующих лиц и обязательных условий. Если собрать всех в определенном месте в определенное время с нужными бумажками, то всё получится. Зазевался, не состыковал или потерял какую-нибудь маразматическую справку, из дурдома, например, - всё развалилось. Месяцами потом вновь собирать эту мозаику, и далеко не факт, что удастся.

Однако, как ни странно, залогом успеха безнадежного предприятия оказались не виртуозное планирование и тонкий расчет, не интуиция и доскональное знание рынка недвижимости. Главное было - сломить отчаянное сопротивление нанятых тобою же или твоими сообщниками по сделке наемных работников, будь то представители риэлтерской конторы или банка, будь то сама контора или банк, казалось бы, не меньше тебя заинтересованные в быстром достижении общей цели.

Один из знаковых персонажей

Тетенька-риэлтер из компании «Домострой». Внешность узнаваема всеми. Мы таких видели и не раз. Я бы сказал, видали. Помните? - «Вас много, а я одна!», «Вас тут не стояло!», «Женщина, вам сколько раз повторять?!», «Что вы мне тут принесли, женщина?!».
Узнали? Правильно! То самое! В советском миру такими были, как правило, продавщицы овощных магазинов, либо работницы ЖЭКов. Пусть не обижаются на меня уважаемые представительницы вышеназванных профессий.  
Чем руководствуется наша героиня? Тут тоже классика.
Принципы
1. Клиент – всегда враг.
2. Риэлтер всегда прав.
3. Собственная выгода не имеет значения, если есть возможность провалить сделку.
Задачи:
1. Сделать все возможное и невозможное, чтобы сделка не состоялась.
2. Показать клиенту, кто тут главный.
3. Отомстить клиенту за всё. Под «всё» - имеется в виду вообще всё, включая детские обиды и неудовлетворенность личным.
Виртуозно реализуемые профессиональные приемы:
1. Требовать справки самого маразматического содержания. 
2. За несколько часов до сделки и за час до закрытия нотариальных контор известить о необходимости получения очередной нотариально заверенной справки, передавая в качестве образца заведомо неверный документ и предоставляя неполную или, опять же, неверную информацию.
1. Чуть ранее – ни за что не признаваться в том, что собраны не все документы, уверив в том, что теперь уже можно спать спокойно.
2. Ни в чем не признаваться и после.
3. Разговаривать только на повышенных тонах. Клиент постоянно должен вздрагивать и наливаться краской, это держит его в тонусе. Да и вообще, от природы он глуховат. 

Одно из мест действия

Банк. Банк немецкий или считающий себя таковым. Это многое объясняет. Как говорится, подвалы дедушки Райффайзена. Запутанный лабиринт. Высота потолков не более 2-метров. Кондиционер не предусмотрен, а если и предусмотрен, то выключен. В сортир – под охраной. Охраны, т.е. сопровождающих лиц, не дозовешься. Приходится под себя.
Если, не дай бог, кто-то из клиентов посмел проявить самостоятельность в плане перемещения по катакомбам, к нему применяется третья степень устрашения. Так что, волей-неволей, клиент всё равно доделывает свои дела под себя. Уже со страху.
Но тех, кто прессует, можно понять. Высшая степень устрашения была применена и к ним, но минутой раньше. Когда на них стукнули по поводу допущенной вами вольности.
Каждый стучит на другого. А тот – на своего осведомителя. Ниточки идут наверх, скорее всего, к самому банкфюреру. А, может, и не идут никуда.
Для того чтобы продлить сладостные минуты общения с пребывающим в полном цейтноте клиентом и растянуть их на часы (сверхзадача – дни), документы загодя не готовятся. Всё делается в присутствии заказчика силами одинокой, смертельно запуганной и потому бестолковой девочки. Со страху девочка также все делает под себя, потому постоянно ошибается, перепечатывая одно и то же по нескольку раз к ряду, и с переполненными животным ужасом глазами выслушивает очередные нотации той самой тетеньки-риэлтера, которая накануне должна была проверить степень готовности необходимых документов.
Девочка и рада бы принести чай или кофе, но физически не может, постоянно перемещая взад и вперед лишь разнообразные бумажки с ошибками. В глазах у ее - шпицрутены.
Да и принцип немецкой экономии мешает - большое благосостояние начинается с малого. Помните анекдот про Раскольникова? – Одна старушка – рублик, а десять – уже червонец. Так же, видимо, и с кофе. На каждого не напасешься.

Любопытнее всего, что все они кормятся с ваших рук. И немцы и тетеньки.
Еще любопытнее - что, по всей видимости, понимаете это только вы сами.

Весна 2008