January 25th, 2011

Кипение страстей и извилин

На одном из западных сайтов опубликовано письмо поклонницы Сумерек, которая обвиняет студию "Юниверсал" в плагиате. По ее мнению, Человек-волк ворует идеи у "Сумерек: Новолуния", да еще и извращает их. Перевод феерического письма - далее.

Перевод с незначительными сокращениями:

Этот фильм просто потеря времени, и с этим согласны все фанаты "Сумерек" в мире. Во первых, он полностью заимствует идею оборотней из "Сумерки:Новолуние". Он заставляет оборотней выглядеть как нечто вроде деформированной мутации бешеной собаки. Мне по-настоящему начали нравится оборотни после того, как я увидела Джейкоба Блэка и все его очарование на большом экране в кинотеатре. И потом я посмотрела ваш жуткий ремейк. Я не знаю, как вы можете жить, после того, что сделали. Как оборотень может быть убит серебрянной пулей? Он сидит в кресле и все его тело превращается в нечто вроде мутировавшего урода. Если бы вы посмотрели трансформацию Джейкоба Блэка, то увидели бы, что он близко не походит на этого мутанта, человека-волка. Сами скажите, кто выглядит лучшим оборотнем. Ваш глупый Человек-волк даже не занял высокого положения в чартах.
Все знают, что Стефани Майрер создала оборотней.

оригинал:
http://www.latinoreview.com/news/open-letter-to-universal-your-wolfman-ripped-off-twilight-9247

(с) horrorzone.ru

Вечный мотив

Есть такая сюжетная тема - духовная трансформация. Не путать с Духовным перерождением. Перерождение – штука торжественная, пошлая и по большей части мучительная, а главное – совершенно осознанная. Там либо стремишься к светлому и высокому, мужественно преодолевая себя в себе, либо, соответственно, имея червоточинку, расчесываешь ее до невообразимых размеров - украв в детстве яблоко, с приходом немцев становишься полицаем.

Но, как я уже сказал, трансформация – не перерождение, и работы над собой не требует. Обстоятельства, именно обстоятельства, обладают у нас непреодолимой силой. Интересно также, что обстоятельства эти имеют какой-то шизофренический, параноидально-абсурдный привкус.

Классический пример трансформации – Процесс Кафки. Герой, попадая в странные, противные естеству его, но предельно логичные своей собственной логикой обстоятельства, шаг за шагом, проходя классические стадии, столь характерные для безнадежно больных, извещенных о близкой своей кончине, становится в итоге совершенно другим человеком. Да и человеком ли? Так или иначе, времени на самоосмысление у него уже не остается.

Характерно, что почти все примеры духовной трансформации – предсмертны, хоть и продолжительны. Трансформация непременно заканчивается смертью, потому как все другие пути становятся уже невозможны, вернее, более непредставимы. Опустошенный герой достигает своего логического финала, и ему уже нечего желать, места для желаний в душе более не остается.

Вот, например, мсье Кляйн из одноименного фильма. Вполне успешен, в меру упитан, красив красотою Алена Делона, его играющего, изворотлив и доволен собой. Ловит рыбку в мутной воде вишистской Франции – смутное время как нельзя более подходит для мелких спекуляций.

Но вот однажды, в результате канцелярской путаницы или же промысла господня, что, впрочем, одно и то же, его путают с однофамильцем-евреем. Сначала наш проходимец пытается сопротивляться, восстановить статус-кво, что-то доказывать, затем незаметно, шажок за шажком, отдается воле волн. И волны-то вроде небольшие, и ставка высока, а тем не менее. Дом приходит в запустение, исчезают испуганные друзья и подруги, идет крахом мелкая коммерция, хотя, возможно, уже гешефт. И когда Кляйну, наконец, предоставляется возможность доказать всем, что он совсем не тот Кляйн, за которого его принимают, - без малейшей капли еврейской крови, возможность эта оказывается уже ненужной. Бывший нееврей безропотно и даже с определенной долей желания садится на поезд, идущий на северо-восток и увозящий его и ему подобных в крематорскую печь.

Не правда ли чистой воды Кафка?

Или Мертвец Джармуша, так называемый метафизический вестерн. Позапрошлый век. Романтический клерк-ботаник брошенный в апокалиптическую, бесчеловечную действительность дикого капитализма времен промышленной революции. Дальнейшее зависит от трактовки. По одной из версий ботаника убивают сразу, и последующее долгое путешествие с навязчивым привкусом Кастанеды  - лишь посмертное видение не верящего в собственную кончину мертвеца, по другой – всё буквально как показано – с уходом в царство мертвых в самом конце. Но и в том и в другом случае от романтического клерка не остается и следа. Восторженный и недалекий ботаник-материалист превращается в угрюмого и мудрого ковбоя-эзотерика, полностью готового к переходу в иное измерение. Готового настолько, что мурашки по коже.

А вот и еще одно прогрессирующее в своей иррациональности тягучее путешествие в один конец. Правда, герой остается жив. Судя по всему, исключительно по недоумию автора, поскольку делать герою более решительно нечего. Вашему вниманию - Апокалипсис Нау Френсиса Форда Копполы. На входе лояльный солдат, на выходе – мертвец - охотник на мертвеца. С пошаговым погружением и нечетким переходом от реальности к ирреальности. Это как с кучей – один камень – куча? Нет. Два камня? Тоже не куча. А три? Тихая экспансия. Так и не заметишь победы сюрреализма.

Или вот Юрьев день Серебренникова, о котором писал уже. Хреновая трансформация…

Таинственное

Какого черта в составе специализированного набора специй в пакетике ("для супа", "для рыбы", "для жопы" и т.д.) присутствует соль? Посолить я и так могу и, скорее всего, соли содержащейся в приправе, будет недостаточно или же, наоборот, приправой не смогут воспользоваться свихнувшиеся на бессолевой диете. Кроме того, есть блюда, степень солености которых не определить до момента готовности, например, запеченное в духовке. Пробуешь потом и понимаешь, что соль, содержащаяся в специи, была той самой пушинкой, сломавшей хребет верблюду.
Интересует мотивация добавляющих соль в приправы. Сами себе ведь они это как-то объясняют. Как?
О причинах присутствия в специях концерогена - глютомата натрия и не говорю. Ну не купят ведь, если прочтут. Зачем тогда?