February 11th, 2019

Кислота, Александр Горчилин, 2018, Россия

Редкое поколение не кажется самому себе поколением мучеников. В связи с чем публике представлена дежурная вариация «Над пропастью во ржи». В этот раз над пропастью повисла генерация Ай.
Очередное потерянное поколение. На этот раз поколение пустых праздных и невменяемых, имеющее наглость предъявлять миру громкие претензии в бессмысленности собственного существования.

Один из персонажей хлебнул кислоты. Ни за чем, по приколу, хлебну – чё будет? Ну и хлебнул. Ничего суицидального. Со скуки, прикольно же.
Другой по той же причине вывалился из окна.

В дивном новом мире из окон вообще выпадают беспрерывно. Словно хармсовские старухи. Одно лишь отличие – выпадают со скуки и по приколу.

Лента – портрет поколения Ай, а поколение Ай – производная от поколения Пепси.

– Что плохого в котлетках? – спрашивает бабушка свою дочь, мамашу мученика.
– Они же с мясом! – цедит та с ледяной ненавистью. – Я не ем мяса.
Бабушка в джинсах, со стрижкой под мальчика. Мамаша на недельку проездом из Камбоджи, с разного рода медитативных практикумов.

Что вообще могло получиться у поколения Пепси, кроме поколения Ай? И, в свою очередь, что, кроме генерации Пи, могло родиться у одержимых бублегумом джинсопоклонников? Всё только по нисходящей.

Есть, правда, надежда на следующее поколение Ноль, которое начнёт всё сызнова, ибо поколение Ноль – поколение сирот на пепелище, оставленном Бублегумом, Пепси и Аем. Всё дотла выжгли, ничего после себя не оставив. Пусто, до горизонта одни головешки. Так что можно попробовать с чистого листа.
Представительницу поколения Ноль на удивление хорошо играет Арина Шевцова.

Одно только непонятно, и это главное: из-за чего такая экзальтация? По какому поводу беспрерывная истерика? Откуда трагедия шекспировского накала? Что случилось? Что за великие проблемы у этого чем-то обиженного прыщавого народца?
Да нет никаких проблем. Поколение Ай истерично по природе. На пустом месте.

Причём постановщик сам явно такой же, как и его герои, а правда вылезает помимо его воли, он-то всерьёз верит в сочинённую им безысходную драму, он, собственно, и не о том совсем. А получилось об этом.
Мы-то понимаем, а он, похоже, не очень.

Редкое поколение не кажется себе мучеником над пропастью во ржи. Тут в завершение даже почти прямая цитата, не из Сэлинджера, правда, а из «400 ударов» Трюффо.
В первоисточнике всерьёз умученный маленький бунтарь бежит в никуда по берегу моря, в нашем случае – стихийный бездельник с многозначительно-трагической миной по пустой автостраде.

Одно только порадовало – явно оформившаяся тенденция возвращения к полуторачасовому формату. Если б не она, до финала метаний поколения Ни-о-чём мог бы и не дотерпеть.