July 8th, 2020

Агония, Элем Климов, 1974, СССР

Фатальной ошибкой было бы поверять фильм фактами и вообще подходить к нему с позиций исторической достоверности. Ибо он, по сути, мистификация. Метафора, иносказание, художественный образ.

Как «Раба любви». Странно было бы считать михалковскую притчу рассказом о непримиримой схватке революционного подполья с врангелевской контрразведкой или фрагментом биографии Веры Холодной. Где там Врангель, где Крым, где Холодная, где хоть какие-нибудь приметы времени и места? Всё намеренно условно в расчёте на понимание или даже совсем иное, чуть ли не противоположное, смысловое наполнение. И уж точно на то, чтобы зритель не дай бог не принял красных за красных, а белых за белых.

Тут ровно то же самое, облечённое для куража в реальные как бы даты, как бы лица, как бы события, имеющие весьма условное сходство со своими прототипами. Ибо картина совсем не о том, о чём вроде бы повествует.

Оговоримся сразу: в своё время воспринималась она как раз исторической правдой. Ненасытный соотечественник алкал тему истово. Что ни появлялось – пожирал яростно, не задумываясь. Кто помнит теперь толстые журналы с «23 ступенями вниз» Касвинова и «У последней черты» Пикуля, что вырывали друг у друга из рук, давали на одну ночь, зачитывали до дыр или сразу же «зачитывали» в библиотеках?

В связи с чем трудно было ожидать от незамутнённой публики иного, нежели буквальное, прочтения киношедевра. Против обыкновения не боюсь восторженных степеней, благо и вправду на удивление высоко ставлю «Агонию», считая её творением необыкновенным. Увы, единственным такого уровня у постановщика. На мой глубоко субъективный взгляд.

Но к фильму. Он о летальном отрыве т.н. элит от страны, которую они по привычке всё ещё называют своей. О том, что элиты эти не только лишены каких бы то ни было патриотических рефлексов, но, и это самое страшное, бесповоротно заигрались в декаданс.
Ещё больше осмелев, признаемся самим себе, что сочинение и посвящено-то исключительно декадансу, упоительному его изучению, игре в него. Декаданс и есть главный герой опуса, а не какой-то там Распутин.

В слизь разложившаяся и перебродившая верхушка периода упадка да, как сейчас сказали бы, средний и креативный классы. Империя, в которую по чьей-то неосторожности, недомыслию, а то и по злой воле попала спора дрожжей. На выходе сладковатая гнильца, сыр с плесенью.

Полный отрыв от масс паразитирующих извращённых и слабоумных праздночинцев. Чахоточные сумерки, болезненные девиации, шприцы с кокаином, Серебряный век. Никого нет дома, все баре ушли на спиритический сеанс.
Короче говоря, это о терминальной мощи декаданса, легко сметающего целые империи. Только их, в сущности, и сметающего. О неуклонном, раз уж дрожжи попали в выгребную яму, достижении состояния неустранимого антагонизма между вертлявыми верхами и розовощёким гетеросексуальным простонародьем.

Ну и, наконец, излишне говорить: исполнено представление в стиле модерн, что ни в каких дополнительных разъяснениях не нуждается. Исполнено бесподобно, лучшими силами, со вкусом и пониманием.