February 23rd, 2021

Ещё раз на тему Хармса и Пришвина

Если мир сухопутной державы Обитаемого острова, в которую попадает Максим Камерер, выписан авторами аллюзией к СССР, то океаническая его противоположность - к симбиозу изуверских Рейха и Японии.
Герой по природному скудоумию хочет призвать заморские дружины, чтоб порубить своих деспотов в мелкий винегрет и утвердить, наконец, царство свободы.

Причём аборигены его от этой дурной затеи как могут пытаются отговорить, аборигены причём настроенные совсем не провластно. (Могу ошибаться, читал в юности). Потом, к счастью, горе-звездолётчик находит таки картинки с художествами океанистов, в сравнении с которыми собственная деспотия начинает казаться ему во сто крат милее. И позыв обратиться к нелюдю немедленно отпускает. (А не нашёл бы? Или даже Океания и вправду бы оказалась белой и пушистой? Тогда что?)

Аборигены же знали обо всём всегда. И, собственно, если бы герой наш не был бы залётным прогрессором, коему "этой страны" не жалко, ибо чужая она, а дороже любой страны для него всемирная революция, он бы и в кошмарном сне не подумал бы обращаться за поддержкой к потенциальному противнику. Его б за такое на первой же берёзе вздернули соотечественники и были бы правы.