November 14th, 2021

Апокалипсис (Apocalypto), Мел Гибсон, 2006, США

Обещал проронить пару слов о знаковой во всех смыслах ленте Мела Гибсона. Ленту, как это у меня водится, ни разу впоследствии не пересматривал. Так что оперирую лишь полузабытыми впечатлениями пятнадцатилетней давности.

Спойлер

Сельва, Юкатан. История о том, как в результате череды мелких индейских злоключений майя-дикарь попадает в плен к таким же, как он, майя, но цивилизованным, которые хотят принести пойманного в жертву богу Кукулькану путём публичного вырывания у него и прочих таких же чумазых их сердец.

Снято всё это с максимально возможной исторической достоверностью, на местах многовековых безудержных кровопусканий, силами всамделишных индейцев. Понятно, что живых свидетелей уже не расспросишь, но ощущения полного правдоподобия постановщик без сомнения добился.

Зрелище не только изобразительно, исторично, но и динамично, заставляет забыть о попкорне и сопереживать герою, который, пройдя все круги ада, отбился таки от своих мучителей. И вот он, выбежав на берег океана, едва успев перевести дух, видит доселе невиданное: в отдалении – парусник, а на пляже – шлюпки, из которых сумрачные субъекты в странной одежде что-то там такое выгружают.

Ценность увиденного

Картина дорога уму и сердцу. Блестящего визуального решения, кропотливых стараний реконструкторов (столь характерных для режиссёра, «Страсти Христовы» были первым тому примером) и напряжения, которое не отпускает даже самого незамысловатого зрителя, уже коснулся.
Добавлю ещё игру слов в названии. Apocalypto по-гречески – открытие (сиречь буквальное открытие Америки) и разоблачение (в нашем случае, видимо, стереотипов).

Теперь о главном.

Во-первых, по просмотре незаурядного творения явно неравнодушного человека возникает вопрос: апокалипсис уже случился или его только несут с собой высаживающиеся на мокрый песок конкистадоры? Если конкиста это и есть апокалипсис для туземцев, то, как тогда можно назвать всё, что нам до того продемонстрировали?

Понятно, что примерного прихожанина Гибсона нельзя назвать лицом беспристрастным, а фильм, пусть и условно, можно считать попыткой исторической реабилитации белой экспансии в Новом Свете, в коей церковь принимала самое деятельное участие. Как бы то ни было, правда художественного образа идёт в данном случае рука об руку с правдой исторической, создавая совершенно убойную яростно неполиткорректную субстанцию. Ведь кажется даже, что бледнолицые в сравнении с аборигенами выглядят не такими уж извергами.

Во-вторых, изящество концовки неожиданно делает из берущего за сердце фильма боевого гражданственного звучания отвлечённый анекдот высокомерно-эстетского наклонения. Кода вносит в историю иной ракурс её восприятия. И правда ведь, лента – не что иное как приквел известных со школьной скамьи событий, да ещё и показанный со стороны, увиденный глазами случайного статиста. Что-то вроде стоппардовских Гильденстерна и Розенкранца по отношению к Гамлету.

В общем, ленту, хоть ей лишь полтора десятка лет и она американская, искренне числю классикой, возможно даже, нетленкой. Но пересматривать категорически не собираюсь.