Михаил Дряшин (dryashin) wrote,
Михаил Дряшин
dryashin

Categories:

Москва-Гомель

Поезд Москва-Гомель, плацкарта. Езды – ночь, так что большее не имеет финансового смысла.
Чисто. Поменялась планировка: грязные пятки пассажиров более не возникают на уровне твоего носа, мешая передвигаться по вагону – края коек отделены от прохода стенками. Неактуальны более и санитарные зоны – гальюны вакуумные – опорожняйся где и когда хочешь.
Жаль только, ликвидировали индивидуальные светильники. Читающих ныне, судя по всему, катастрофически убавилось.

Аккуратные выглаженные проводницы предлагали чай и прочую сопутствующую дребедень. Подстаканников не наблюдалось, вместо них обычная ресторанная чашка с кипятком, пакетик чая и выпущенный в незнакомом городе Городея пакетик сахара-песка с загадочной надписью «55 лет вместе!». Платить можно как русскими, так и белорусскими: русскими выходило 17, белорусскими 4 550.

Дензнаки

Помните «Залетаю я в буфет, ни копейки денег нет, разменяйте десять миллионов»? Для непривычного глаза и уха – оно самое. За пять дней в Белоруссии к тамошним деньгам я так и не привык, прося сердобольных продавщиц самостоятельно выбрать нужное среди извлечённого из-за пазухи вороха разноцветных фантиков. Научился лишь прикидывать «дорого-дёшево», мысленно переводя местные деньги сначала в доллары. Так легче: $1 – почти 10 000 тамошних рублей. Ну а потом получившееся уже множил на 36.

Остановка в Могилёве, когда-то ставке последнего царя-батюшки, позабавила памятником неизвестному обходчику, почему-то остро австро-венгерского вида, да тем, что выяснил, наконец, как по-белорусски именуется железная дорога – чыгунка.

DSC_0321



Мова

Потом узрел: ежёминутная и многолетняя реанимация мёртвого, что скрывать, языка (в городе-то уж точно покойника) – одно из важных направлений идеологической безопасности, своего рода уступка озабоченным. Белорусский проходят в школе, на нём выведены все элементы городской навигации: названия улиц, маршруты общественного транспорта, по-белорусски объявляют остановки, полностью белоруссифицированы вокзалы, на белорусском упорно выпускают книги местные издательства, существуют соответствующие телеканалы и радиостанции и прочее и прочее.

DSC07101

На дорогах развешаны магистральные щиты с достаточно талантливой социальной рекламой, призывающей не забывать великий и могучий, к примеру, с серией аппетитных изображений фруктов или овощей, рядом с которыми даётся русское название и его белорусский эквивалент да пламенный призыв «почувствовать смак родной речи». Или, например, «ма-ма + мо-ва = любовь». Очень мило. Стоит, кстати, немалых денег.

В результате всех этих ухищрений городское население может прочесть указатель или разобрать памятную доску, но говорит оно исключительно на русском, слушает русское радио, смотрит русские каналы, покупает товары и продукты в магазинах с русскими вывесками (они там все русские), с русской же рекламой и упорно обходит стенд с книгами белорусских издательств, ещё с брежневских времён балующих читателей опусами Максима Танка да новинками краеведения.

Короче говоря, тонкая красная линия. Не даём языку умереть. Светлая память о нём навеки остаётся в наших сердцах. Это, кстати, лучший выход. Не насаждаем, потакая националистической шизе, которая, как мне сказали, всё же имеется. При этом всегда можем предъявить мову под капельницей. Вот, дескать, лежит болезная. Делаем всё возможное для спасения, лучшее реанимационное оборудование, медсестра неотрывно сидит, доктора, опять же, профессора, светила медицины. Так что со всех сторон взятки гладки.

Продукты и товары

У каждого народа своя сказка о загробной жизни. В России такой сказкой является миф о белорусских продуктах. Дескать, до нас доходит не самое лучшее и то во сто крат дороже.
Отнюдь. То, что в Москве с белорусским ярлыком, то и тут. Того же вкуса кефир, столько же стоит и того же качества трикотаж. Вас не обманывают – на месте не лучше.
Есть отдельные прорывы в сторону счастья, как тушёнка, которой нас одарили друзья. В Москве и вправду такой не встречал – сделана по советскому госту 1984 года. Потом выяснилось - просто не обращал внимания - лежит в Москве и такая. Но то исключения.
В общей же массе – без яростных восторгов: всё достаточно вкусно, вполне съедобно, нередко дешевле, чем у нас. Но ненамного.

Масть

Народ он везде разный. Но типические особенности всё же имеются.
Первое, что тут бросается в глаза – масть. Белоруссия оказывается буквально белоруссией, большая часть населения которой светло-русая, а то и вовсе блондинистая.
Белые лица, светлые волосы. Девушки длинноноги и весьма привлекательны. У классиков это называлось «скромной неброской красотой».
А ещё они принципиальные славяне. В смысле полного отсутствия уроженцев южных республик. Мы с женой на обратном пути удивились, приметив в вагоне семью южан. За неделю успели отвыкнуть.

Без сомнения, сие есть сознательная политика государства, где, к примеру, мы так и не увидели ни одной мечети. Речь идёт, разумеется, о Гомеле, который обошли далеко не весь. Кстати, право на приобретение недвижимости имеют исключительно граждане Белоруссии, стать которыми определённым категориям соискателей просто не светит.

Лёгкость бытия

Выводы мои поверхностны, так что заранее прошу прощения за возможные ошибки. Тем не менее, цены в тамошних магазинах составляют на грубую вскидку от 65% до 100% московских. Зарплаты же – увы.
Да, работа, похоже, есть у подавляющего большинства: все предприятия жужжат, бичи по улицам не раскиданы. Но, кажется мне, народ здешний как чистенькая учительница на пенсии, которая всегда опрятна, живёт в светлой комнатке, где всё на своих местах, всё выглажено, выметено, на столе вазочка с вареньем и всегда чай. А на скопленные за полгода строжайшего учёта крошки может позволить себе сходить в театр, о чём будет восторженно вспоминать следующие полгода.
И глядеть на неё любо-дорого. И чаем напоит…

Кстати, местный областной театр:

DSC07124

А это тоже с колоннадой (она там с правого бока, на снимке не видно) Дворец культуры железнодорожников невероятных размеров, Большой театр нервно курит:

DSC07126

На народ тут смотреть приятно. Как, впрочем, и на город, но об этом позже. Мне они показались поджарыми, жена утверждает, что это я просто таращился исключительно на девок. Но не суть.
Суть в том, что живут вполне по-советски, выкраивая из скромной зарплаты на предметы необходимости, копя на что-то, высчитывая, могут ли себе позволить. Короче говоря, всё на живой нитке. Сохраняя при этом чувство собственного достоинства, поднимая детей, внуков, и выглядя при этом с иголочки.
И так вот живёт вся страна, что-то постоянно перекраивая из старых платьев, перелицовывая тёртые пальто к зиме. Говорят, бесплатный проезд то ли для детей, то ли для пенсионеров (не упомню) отменили. А до этого был. Ситуация изменилась и наверху поняли, что им этого пока не потянуть. И отменили. А там, глядишь, восстановят, если дела пойдут лучше.
Вот как-то так…

На въезде в Гомель какой-то оппозиционный граффитист либерально-демократических устремлений написал пламенный лозунг следующего содержания: «Держава не бывает социальной!». Молодёжь, к сожалению, везде безмозгла.

Город и нравы

По официальной ярмарочной версии Гомель старше Москвы. При этом слова «город» стараются не произносить. В реальности деревенька, много раз переходившая из русских рук в руки литовские или польские была у последних отбита Екатериной II и пожалована Румянцеву в качестве имения.

DSC06964

Город же с каменными домами и мощёными улицами возник и вовсе веке в XIX-м.

Ныне он в идеальном выставочном порядке. Везде чисто и прибрано. Побелено, покрашено, вымощено. Так, что ловишь себя на желании написать на заборе что-нибудь неприличное.

Сразил вид здания в самом центре города, на поверку оказавшегося ткацкой фабрикой:

DSC07051

Население подстать городу, негромкое и дисциплинированное. Не ходит под себя, не гадит окрест, не бьёт бутылок и даже окурков не раскидывает. Собственно, пьяных тут и не видел. Даже курящих поискать.

Быдло если и есть, куда-то прячется. Наверное, скучно жить.

Впрочем, флюктуации всё же встретились в виде трамвайно матерящихся продавщиц одного из продовольственных магазинов да без всякой причины отказавшейся меня стричь парикмахерши.

Где посидеть

Везде. Заведения по московским меркам дёшевы: разницей до двух-трёх раз, и вкусны. Напитки не бадяжат, еду не мухлюют. Всё честно. Говорят, даже не воруют. Все, не только сотрудники общепита.

Касаемо национальной кухни идите в Корчму на Привокзальной улице дом 3. Только будьте осторожны – белорусская кухня нелегка, а порции огромны. На тысячу российских рублей можете лопнуть. Со спиртным, разумеется. И не один.

И ещё. Заведения здесь заканчивают работу непривычно рано. Особенно по рабочим дням. Та же Корчма закрывается в 22.30. Мы в начале одиннадцатого оказались в ней последними посетителями, ухода которых вежливо и доброжелательно ожидал персонал.

DSC07084
DSC07086

Кстати, сугубо русские карточки, вроде Маэстро, принимаются повсеместно. О Визе и Мастеркарт говорить не приходится.

По мелочи

Ёжик, найденный рядом с домом наших друзей в районе новостроек, и сам район:

unnamed
DSC07027

Баня и 5 капель. Центр города.

DSC07034
DSC07114
Tags: записки ротозея
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 13 comments

Recent Posts from This Journal