Михаил Дряшин (dryashin) wrote,
Михаил Дряшин
dryashin

Category:

Эвакуатор. Дмитрий Быков

У них тут чёрт-те что делается, завтра, может, война начнётся, самая настоящая,
как в сорок первом, от которого они (курсив мой) до сих пор во всём танцуют…

(из монолога положительного героя о своих соотечественниках)


На этот раз захотелось нашему сочинителю добротной дамской прозы с авантюрным уклоном на тему Поравалить, решённую, впрочем, довольно затейливо.

Причины Поравалить схвачены верно. Объективных всего одна – в условной Москве распоясались мусульмане, периодически что-то взрывая, выбрав именно её и вообще рашку для своих безобразий. В цивилизованных странах тем временем тишь да гладь, на то они и цивилизованные.
Остальные причины – из классического набора чудовищных преступлений этойстраны, которых мы вовек ей не простим: нелюбимый муж, непыльная, но противная работа, поздняя осень, квартира в Свиблово, да ещё и в детсад ребёнка в восемь приводить…

Ладно бы так, но всё ещё прозрачнее: постылый муж и грязное бытовое облако вокруг него – этастрана, неземной во всех смыслах любовник – чудесная альтернатива. Но бросить мужа, отца своего ребёнка (а вместе с ним и облако), значит предать, изменить (родине).

– Иносказание такое, сынок. Дошло, наконец? Всё тебе разжёвывать надо…
– А-а-а, – просветлело личико идиота. – Дофло! Спасибо, дяденька.

С другой стороны, если рассматривать сочинение как срез умонастроений прослойки, оно обретает иную, религиоведческую или даже историософскую ценность. Одна только сакральная тождественность загробного и забугорного чего стоит. Дескать, пора валить. На небеса. Крылатое: «заграница как миф о загробном мире». И отвал как смерть – навсегда, оттуда ведь никто никогда не возвращался. И ангелы-эвакуаторы, и райские забугорные кущи, и божественная закордонная мудрость. И истерика, именно истерика брезгливой ненависти к «тут», где омерзительно решительно всё, от микро до макро, и пароксизм страсти к величайшему абсолютному «там». А ещё совершенно сакральный характер этого самого Поравалить, передаваемого народцем прослойки от лампадки к лампадке, от поколения поколению, как вековое чаяние, как «в будущем году в Иерусалиме».

Так что грядущему палеопсихиатру, роящемуся в сегодняшнем окаменевшем дерьме, наших дней изучающему потемки, будет где развернуться. Взглянув на опус глазами религиоведа, высек искру интереса к дальнейшему чтению и я.

Если разобраться, болотно-майданного в манускрипте немного. Там другое: Армагеддон в затылок дышит, в связи с чем тихая конторщица, получившая вдруг фантастическую возможность сделать ноги, вынуждена производить нравственный экспресс-выбор – кого спасти, взяв с собою, а кого оставить на произвол, как отделить чистых от нечистых, нужно ли и можно ли отречься от близких, недостойных Света, и всё такое прочее. Сугубо евангелическая проблематика. Плюс философические наблюдения и обобщения по поводу этойстраны, большей частью, разумеется, чернушные.

Но главное всё же – апокалиптическая падучая обличительного наклонения на ровном казалось бы месте. Причём, чем ближе к финалу, тем интенсивнее приступы медвежьей болезни, тем узнаваемее её постылые метки. От глухоты к страданиям душевнобольных до инфицирования российским быдлом, которое в момент любую Альфу Козерога в этустрану превратит. Плохо там, где мы есть. Чувствуете масштаб бедствия?

Может, случилось что, автор и струхнул. В каком году писано? В 2005-м? С чего там можно было так в шатаны наложить, кто-нибудь помнит?

Беда ещё, что на определённом этапе на смену имитации крепкой дамской мягкообложечной прозы, в которую для достоверности свалены бесхозные меткости и колкости автора, приходит унылая «философская» фантастика советского разлива, принимать которую за литературу могут лишь бородатые туристы. Потом фантастика оказывается грёзами нытика и вновь переходит в плач о том, как страшен этот мир. И даже фантастика эта иносказательная про то, что вата есть вата, а поэт есть поэт, и вместе им не сойтись. Бывает даже, человек вроде симпатичный, пусть и из простых, а в урочный час вата из него так и прёт. А поэтам нет места нигде. Дошло, наконец?
– А-а-а, – просветлело личико идиота. – Дофло! Спасибо, дяденька.
Tags: быков, про книги
Subscribe

  • (no subject)

    ТГ Зрительный нерв о кино и не только от Михаила Дряшина t.me

  • Лирическое предостережение из ТГ-канала Зрительный нерв

    Я могу не совпадать с автором в оценке ситуации в стране, политических взглядах, видах на урожай, сексуальной ориентации или в отношении к режиму.…

  • Зрительный нерв

    И вновь. Почесал в затылке, концепция поменялась, и решил что буду отныне периодически напоминать о своём ТГ-канале, терпите: t.me/dryashin

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments