Михаил Дряшин (dryashin) wrote,
Михаил Дряшин
dryashin

Зимняя спячка (2014) реж. Нури Бильге Джейлан

Со времён бархатного брежневского авторитаризма вопросы социального неравенства, социальной несправедливости, социальной напряжённости – вообще социальные вопросы как таковые, по недосмотру или по умыслу автора попавшие в литературное произведение, ещё хуже – в театральную постановку или же киноленту, начисто отбивали охоту читать и смотреть, вызывая мучительную изжогу.

Особенно свирепствовала она на фоне этнически чуждых окраин, щедро сдобренных восточным колоритом. Условный Бангладеш активировал неудержимую рвоту и прочие физиологические отправления. Мои родители называли такую тематику «тяжёлым прошлым башкирского народа».
– Ну, как фильм?
– Тяжёлое прошлое башкирского народа.
– Ясно.
Это был вердикт, вынесение которого ставило крест не только на дальнейшем ознакомлении с артефактом, но и вообще на сколько-нибудь серьёзном его обсуждении в приличной компании.

Возможно, нас просто перекормили баландой, но это, увы, непоправимо. Возможно, юных, вернее, молодых категории 35-, неиспорченных агитпропом, и не мутит вовсе. Тем более, визуально картина безупречна.

Все говорят: Чехов, Чехов ... — ни разу не видел я Чехова. Где он там?
Странно не понимать: Чехов – последний, от кого можно услышать «Как ты можешь пить чай, когда народ страдает?!», да и то лишь в качестве едкой иронии.
Нельзя же настолько серьёзно, в лоб читать русскую классику. Тогда уж не Чехов это, а Горький. А то и цельный Ильич из табакерки картавит: «страшно далеки они от народа».

А ведь лента как раз об этом. О том, как страшно далеки болтуны-бездельники, искренне считающие себя умственными тружениками, от народа. Пьют чай, тогда как народ страдает. Их это по всем приметам вроде бы даже мучает. Но всё равно страшно далеки, живут в стеклянном мире, заняты исключительно собой и не совсем, похоже, понимают что происходит. Или даже совсем не понимают. Атрофия чувств, да ещё и амнезия. Состояние душевного анабиоза. Зимняя спячка.

Плюс тягучий, безумно красивый депрессивный ландшафт. Высокопрофессиональная камера. Да вообще всё на высшем техническом и живописном уровнях. Не пальцем делано.

А повествование меж тем рыхлое, без нагнетания и разрешения, без кульминации и столь любимого Чеховым ирреального элемента. И ружья со стен не стреляют.
Неожиданно Достоевского приплели с самым его дешёвеньким цирковым – сжиганием ассигнаций в печурке. Потом вдруг Тузенбах выплыл с такими знакомыми сетованиями на нелюбовь к себе.
А могло его и вовсе не быть. Никто ведь тут не обязателен. Пьесы не получилось. И не в том дело, что где надо не шарахнуло, а в том, что автор так и не придумал где надо. Марля и расползлась, не собравшись.

У Чехова вот как-то получалось, но секрет он унёс в могилу. Теперь не спросишь.

Жаль, что всё так кончилось. Были ведь у Джейлана бесподобные ленты. Одна точно была.
Даже две.
Tags: про кино
Subscribe

  • зной

    На дворе пекло. Водочная тема неуместна, зато пиво как нельзя кстати. Вольная фантазия на тему советской пивной, в которой, судя по всему, перемешано…

  • разрыв сердца

  • (no subject)

    ТГ Зрительный нерв о кино и не только от Михаила Дряшина t.me

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments