Михаил Дряшин (dryashin) wrote,
Михаил Дряшин
dryashin

Category:

МОЛОДИЛЬНЫЕ ЯБЛОКИ (окончательный вариант). Часть 2.

Устройство общества, в котором не посчастливилось жить

Развитая технологическая формация (альтернативные пути имеются, к примеру, индийский, где развитие шло не технологическим и не товарно-денежным путём, но было свёрнуто прямой западной экспансией, ибо по определению к конфронтации не способно) держится на постоянно растущем уровне потребления. Такой уровень в условиях перепроизводства не может быть обеспечен не только критически мыслящими потребителями, но и вообще мыслящими.

Не будет истерического искусственно подогреваемого спроса – экономическая система, как круговорот обмена ничем не обеспеченных как бы денег на никому реально не нужные как бы товары, развалится.

Посему создание и увеличение популяции немыслящей потребительской протоплазмы, которую несложно убедить в необходимости приобретения сомнительной товарной массы – есть, как было показано выше на примере воспитания идеального зрителя/читателя СМИ, насущная задача системы.

Понятно, что культивирование протоплазмы необходимо лишь в странах так называемого золотого миллиарда, так как протоплазма, как правило, не способна работать в реальном секторе. У протоплазмы другое назначение – потреблять. Так называемая «работа» в странах золотого миллиарда это либо обслуживание, либо имитация работы с целью оправдания в глазах протоплазмы получения ей как бы денег за как бы работу, то есть – не более чем механизм распределения. Имитация деятельности за имитацию вознаграждения.

Перефразируя афоризм советских времен «Мы делаем вид, что работаем, они делают вид, что нам платят» применительно к обществу потребления, получаем: «они делают вид, что мы работаем, и они же – что нам платят. Мы же верим и в то, и в другое».

Составляя портрет идеального потребителя, всякий раз получаем портрет ребенка. Потому и в ходу разного рода программы тотальной инфантилизации населения стран т.н. золотого миллиарда, массово реализуемые, прежде всего, посредством кинематографа, телевидения и интернета. Посмотрите на модели поведения, навязываемые стереотипы, приоритеты и ценности. На острие пропаганды – наслаждение потреблением, легкость, необременительность бытия и предельная простота мышления, в идеале полностью заменяемого на восприятие.

А настоящие дети? Видели, как малыши заворожённо замирают при показе телевизионной рекламы? Спрашивается, почему? А сколько разнообразные майкрософты вкладывают в индустрию компьютерных игр и связанную с ними субкультуру? А куда еще, сколько и кто вкладывает? В тот же Голливуд, например? Неужто только прямые продуктплейсмеры, хотя и это уже немало.

В том-то и дело, что дураки сами не плодятся, их пашут и сеют. В поте лица.
В последние десятилетия появляются и процветают разного рода псевдо- науки и дисциплины, для понимания и усвоения которых достаточно мыслительных способностей ребенка, но при этом обеспечивается «взрослая» атрибутика и дорогостоящая инфраструктура, выпускающая новоиспеченных магистров и докторов маркетознания или социоархитектоники. Причём как все подростки, псевдоакадемическая публика чрезвычайно активна, фонтанирует бесконечными пустыми прожектами, будучи совершенно уверенной в их архиважности.

Горячий пример этого года. Не успели ещё забыться пестуемые дремучими провинциальными властями школы блогеров, как на тебе, новый циркуляр: велено искрить по поводу школ лидеров. В репортаже о федеральной Школе Лидеров показано одно из испытаний, где соискателям предписывалось сооружение моста из бумаги, скотча и кнопок.

Пять лет оттрубить пионервожатым, затем склеить самый длинный мост из бумаги, скотча и канцелярских кнопок, и айда в столицу за призовым миллионом рублей, дипломом лидера, в котором, судя по всему, так и написано: «Василий Пупкин, лидер», и высоким трудоустройством. Главное – мост склеить.

Говорят, на других судьбоносных форумах вместо бумаги, скотча и кнопок используются зефиры и зубочистки. Но не суть.
А ведь начиналось всё это рукоблудие в частном порядке с так называемой коллективной терапии. С глупых, но безобидных вроде бы занятий под руководством т.н. психологов. Именно там десятилетиями крепла вера в чудодейственность сектантских практик.

Если у вас возникла проблема, нужно набрать еще несколько таких же проблемных субъектов. Позвать дядю, который сам себя называет психологом, дать ему денег.
Выбрать комнату, сдвинуть стульчики в центр, поставить их в кольцо, друг напротив дружки. Купить мел, доску и мячик
Рассесться и по очереди вслух рассказать о своей проблеме. Рассказать всем: и водопроводчику дяде Васе, и профессору Персикову, и тете Клаве-алкоголичке, и прикольному рэпперу Вовану.

Вован поведает, что его отпадная Светка не врубается в рэп, тетя Клава заведёт речь о вздорной соседке, которую всё время заливает, Персиков – об импотенции и трудностях в периодизации Хазарского каганата, а дядя Вася и вовсе не разберешь – все зубы выбил по пьяной лавочке.

Рассказывая, все должны бросаться друг в дружку мячиком. А дядя-психолог будет всё время чего-то рисовать на доске и задавать вопросы. И все проблемы решатся, сами собой, и жизнь наладится. Вы не знали? Весь цивилизованный мир так делает.
А как решаете свои проблемы вы? Неужто иначе? Хотите об этом поговорить?

Для подобных и иных инфантилизирующих практик характерна исходная унификация участников по социальному и интеллектуальному признакам. На соседних стульчиках сидят рэппер Вован, дядя Вася, и профессор Персиков. И каждый должен быть другому интересен. Как в детском саду, где интеллектуальные и образовательные различия между питомцами пока не проявились (их ещё попросту нет), и приязнь или неприязнь имеет простую физическую и эмоциональную природу.

Если же Персикова начнёт вдруг раздражать Вован или Василий, он должен будет с собой непримиримо бороться и, в конце концов, победить себя в себе, нивелировав и слившись. И сам он это прекрасно понимает. Пока окончательно не сольется.


В детский сад со школьной скамьи

Страна искренне верит, что все её беды от недостатка «креатива» и дипломов МБА. Дети ведь и правда думают, что умение сооружать мосты из туалетной бумаги важнее скучного и непонятного мастерства фрезеровщика, врача или пекаря. Но если никак не отвертеться, к реальным низовым профессиям приклеивается блескучая мишура словно журнальные вырезки в девичьих альбомчиках. Так, к примеру, христианский университет в американском городе Окленд готовит медсестер и медбратьев. В мире взрослых такой университет назывался бы медицинским училищем.
Вспоминается приснопамятная полицейская академия. Там киногерои учились в академии недели две или четыре, точно не помню.

Приметой начала инфантилизации современной России также стало появление многочисленных академий и университетов, произведенных из ПТУ либо вообще из воздуха. Страсть к опереточным трескучим названиям – неотъемлемая спутница пубертатного периода и провинциальных комплексов.
И ладно бы только названия. Взялись у нас и за главное – за инфантилизацию населения со школьной скамьи, вернее, консервацию его в отроческом состоянии. По импортным, разумеется, лекалам. Мы в этом плане пока ведомые.

Суть беспрерывных образовательных инициатив незатейлива и опять же не имеет отношения ни к какому всемирному заговору, которого попросту нет. Ничего личного – только гешефт.
Зачем тратиться на лишние знания? К чему они? В работе не помогут, в жизни не пригодятся. Надо выпускать работяг, а не лентяев-умников.

Зачем слесарю знать, что Земля вертится? Зачем пекарю стихи Фета? От этого булочки не станут вкуснее, а поломка не исчезнет сама собой. Не говоря уже об очевидной выгоде дозированного впрыска строго отмеренных знаний в плане облегчения бремени государственной пропаганды. Как, впрочем, и облегчения впаривания самых разнообразных товаров народного потребления податливому по причине полной безмозглости потребителю.

Именно такой логикой давно уже руководствуются за бугром. Именно ее с маниакальным упорством протаскивал к нам гр.Фурсенко. Теперь уже другие протаскивают.И ведь все вроде правильно – экономия налицо, можно сократить лишних учителей и клепать готовых к жизни учеников как горячие пирожки.
Помните монолог Доктора Хасса из х/ф «Мертвый сезон»? Привожу, если вдруг забыли.

«Во-первых, эти люди по-своему совершенно счастливы, поскольку они начисто лишены памяти. Они отрезаны от какой бы то ни было информации извне. Ведь от чего люди страдают больше всего? От сравнения. Кто-то живет лучше, кто-то талантливее, кто-то богаче, кто-то могущественней, а человек, прошедший … обработку будет радоваться непрерывно. Радоваться, что ему тепло, что помидор красный, что солнце светит, что ровно в два часа, что бы ни случилось, он получит свой питательный бобовый суп, а ночью – женщину. При условии, что он будет прилежно трудиться. Ну, разве это не милосердно?
А дальше можно постепенно создавать определенные типы служебного человека. Ну, так, как это мудро сделала природа в улье, в муравейнике. Представьте, человек-ткач, человек-пекарь, человек-шофер. Причем, у него нет никаких других потребностей, никакого комплекса неполноценности, ну нет же у вола комплекса неполноценности оттого, что он вол? Ну, вол, и слава богу. Человек-робот ни о чем не думает, всегда доволен и он размножается, производит себе подобных. От человека-золоторя так же не может родиться человек-математик, как от кошки не может родиться слон…»


Вернёмся, однако, к нашим слонам. У американцев, кстати, всё запущеннее: потребительская инфантилизация ложится у них на благодатную почву, удобренную неутихающим пионерским энтузиазмом новоиспечённой нации и жгучими провинциальными комплексами. Третий век как примеряют на себя европейскую мишуру, то деревню назовут европейской столицей, то университет в каком-нибудь Микки Маус сити заложат, выпускающий дипломированных клининг-менеджеров с евангелическим уклоном.

Но мы опять отвлеклись. Прослеживается ещё одна затейливая тенденция – неистовая борьба за права неучей, за их неотъемлемое право быть такими, какими есть. И чем ниже опущено образование, тем выше статус его получателя. Во всяком случае, декларативный.


Праздник непослушания

Им внушается, что они имеют право требовать и командовать, а любые институты, частные или государственные – неважно, имеют статус поставщиков услуг. Клиент всегда прав, и вообще именно они тут власть.

Посему окружающий мир должен быть приятен глазу и уху, понятен, доступен, не скучен, не напрягать и не утомлять. А чуть что не так – ухо востро, не забалуешь.

Неуч, ленивый недоумок, двоечник стал не только главным объектом приложения усилий педагогов, но и распорядителем, вершителем их, педагогов, судеб. Неуспеяние школяров стало упущением учителей, а любая форма нажима на подопечных не просто недопустимой, но преступной. Недоумки теперь знают свои права, «стучат» на учителей, пишут доносы в вышестоящие инстанции, грозят судом и не разговаривают без адвоката. Всё как им показали в заморских фильмах. Они теперь власть. В известном смысле так оно и есть, и совершенно точно, так оно и будет.

Результатом узаконенного праздника непослушания становится падение образования. Ибо для успешного получения знаний необходим известный уровень насилия хотя бы и над самим собой в виде зубрёжки и вообще тяжёлого ученического труда. Без всякого этих знаний упрощения и популяризации.

Однако, будучи у дитяти на посылках и прекрасно понимая, что самосовершенствоваться по доброй воле оно не собирается, а давить строжайше запрещено – не дай бог испортить – взрослый пытается направить активность лоботрясов хоть в какое-нибудь конструктивное русло, хоть как-то заинтересовать полезным, устраивая разного рода преображения скучных и непонятных заведений путем проведения акций вроде библионочей, ночей в театре, музее, превращая книжки в картинки и весёлые представления и т.п.

Упрощаются даже социальные сети, ибо даже они не всем по силам. Твиттер – наглядный тому пример. Посты в ЖЖ могут быть интересными и не очень. Зависит от интеллектуального потенциала автора, способностей к сочинительству и изложению, нестандартности позиции и т.д. и т.п. То же относится к Фейсбуку и его аналогам. В Твиттере же при 140 знаках (с недавних пор – 280) не разгуляешься – все журнальчики одинаковы. Глупости не ляпнешь, ума не приложишь, литературных талантов или, напротив, косноязычия, не продемонстрируешь. Не получится. «Дабы дурь каждого видна была» – пожелание не для Твиттера, царь Петр тут явно отдыхает. Посты строго незатейливы, каждый ребёнок настрочить может.

Зато никому не обидно. Чего, собственно, и добивались. Знай себе, картинки поярче вбухивай. Эллочка Щукина была бы довольна.


Незначительные издержки

Всё идеальное не создается без издержек, и лепка идеального потребителя – не исключение.

Издержки эти, чисто бытового свойства, имеют поначалу локальный характер: нежелание брать на себя никакой ответственности, кризис института брака, который подростку просто не нужен ибо заботиться о других он не способен, иждивенчество, дурацкие выходки, выплески идиотического протеста против непонятно чего, возможность забыть в машине собственного ребенка, а то и вовсе грохнуть чадо, если оно слишком громко плачет, или неудержимое желание наказать весь мир за то, что попал молотком по пальцу.

В результате набившие уже оскомину массовые расстрелы посетителей супермаркета или диснейленда из-за того, что гражданская жена забыла поставить кока-колу в холодильник.

Да, за функционирование системы надо платить. Но ничего, думалось тем, кому вообще думалось: дебилов скоро начнут брать из пробирки, никакой женитьбы и не понадобится. Да и нужно ли их столько вообще? Зато какой навар! Одна одержимость электронными гаджетами чего стоит! Куда их было бы девать, если б не массово производимые инфантилы?

Хотя, «впаривая» им как бы товар, взамен получаешь как бы деньги. Что, конечно, огорчительно. С другой стороны, главное, чтобы колесо крутилось, не переставая. Остановка – смерть.

В качестве наглядной иллюстрации достигаемого эффекта можно вместо гаджетов взять, к примеру, услуги банков, польза от которых в высшей степени призрачна, но незаметна широким массам исключительно благодаря целенаправленной политике их оглупления. Насколько же умело, согласитесь, вывернули мозги населению, лет за десять, не более. Как в кинокомедии с Лесли Нильсоном, где Лесли сам платит гангстеру за информацию, которую сам же ему и сливает.

Веками считалось, что вкладчики кредитуют банки. В том смысле, что дают банкам свои деньги, размещая их на банковских счетах, а банки, в свою очередь, платят клиентам процент годовых. На право распоряжаться их деньгами.
С окончательным формированием номинально взрослых детей концепция поменялась: банк ничего не платит клиенту, напротив, клиент отчисляет банку определённую сумму за обслуживание счёта и вообще за то, что тот владеет его деньгами. Гобсек бы кипятком плакал.

Однако одним лишь условно безобидным оглуплением простонародья дело, увы, не ограничилось. В какой-то момент кидалты достигли, наконец, пресловутого возраста расцвета политиков.


Новое средневековье

Как уже было сказано, воспитание идеального потребителя есть инфантилизация публики, её опрощение, сужение кругозора до минимально необходимого для позитивного реагирования на рекламу и последующего бездумного приобретательства.

Результатом неусыпной работы над поколениями обывателей стали как прямая инфантильность всех без исключения слоёв общества, включая власть предержащих и дипломатические службы, начисто позабывших об этикете, пергаменте, сургучных печатях и переругивающихся друг с другом на подзаборной фене в подростковых программах-мессенджерах, так и общий ментальный откат к новому средневековью с его приматом эмоционального над рациональным, веры над знанием, возрождением инквизиции пусть в несколько иной форме, периодически накатывающими волнами массовых психозов, биполярной манихейской ересью и истерической демонизацией чужестранцев. Перепуганный селянин, благодаря прогрессивным концепциям образования, не имеющий никакого представления об окружающем мире за пределами родного палисадника, теперь точно знает, что за морями за горами живут люди с пёсьими головами.

Не покидает ощущение глухого набожного хуторка в самом дальнем медвежьем углу, где рот перед зевком крестят, трясущегося по ночам от страха перед богомерзскими городскими чернокнижниками-иноверцами, способными навести любую порчу и к тому стремящимися, и любой сполох воспринимающего как знамение грядущих страшных бед, природа коих неведома, источник же очевиден.

«Ланцелот. Но цыгане — очень милые люди.
Шарлемань. Что вы! Какой ужас! Я, правда, в жизни своей не видал ни одного цыгана. Но я еще в школе проходил, что это люди страшные.
Ланцелот. Но почему?
Шарлемань. Это бродяги по природе, по крови. Они — враги любой государственной системы, иначе они обосновались бы где-нибудь, а не бродили бы туда-сюда. Их песни лишены мужественности, а идеи разрушительны. Они воруют детей. Они проникают всюду. Теперь мы вовсе очистились от них, но еще сто лет назад любой брюнет обязан был доказать, что в нем нет цыганской крови».


Времена меркантильных прагматичных противостояний давно канули в Лету. Шкурный интерес остался, но далеко не у всех. Остался он у тех, кто ловит рыбку в мутной воде. Но этот кто-то или стоит на трибуне в третьем ряду или же на митинги и вовсе не ходит.
А там одни истовые догматики топчут других, таких же истовых догматиков. Со слепыми белёсыми глазами, обращенными в пустоту, с перекошенными криком ртами, со знаменами, хоругвями, штандартами, транспарантами.

Проблема в том, что мы всё ещё решительно не понимаем феномена религиозного сознания, благо вытравлено было советской властью. В отличие, к примеру, от той же Америки. А ведь они там не просто религиозны на подкорке и на корке, а сверхрелигиозны изначально, ещё до всяких распрямлений извилин демиургами глобализации, конторщиками из транснациональных корпораций с их молодильными яблоками. Америка родилась как страна гонимых Европой религиозных ортодоксов. Они всегда были истовыми евангелистами, оттого и столь фанатичен ныне их отход от христианских догматов.

Они там всегда на стороне Добра, мы же на стороне Зла. Револьвер у того, кто на стороне Добра, это хорошо. Это у того, кого надо, револьвер. Точно такой же револьвер у того, кто на стороне Зла – плохо.
И никаких двойных стандартов не просматривается. О какой зеркальности, о каких двойных стандартах может идти речь, если мы за диавола, а они за Всевышнего? Есть только лишь война Света против Тьмы. Молодильные яблоки тому в помощь.

Потому умственные аргументы и не в чести. В моде метафизические и заклинательные. Заклинания являют собою словосочетания, устойчивые обороты, такие, например, как: «все цивилизованные страны» или «семья европейских народов», или же «гражданское общество».

Скучные цифры и факты никого более не интересуют. Цифрами и фактами не владеет никто из сходящихся на ристалищах. Да и зачем им? Они бьются за Веру, а вопросы Веры не решаются прагматиками. Прагматикам тут делать нечего.

Шахид нынче при галстуке с дипломатом, ноутом и научными степенями или же с серьгой в ухе и пирсингом на всё туловищё. Но глаза безумны, а губы истово шепчут заклинания: «все цивилизованные страны», «семья европейских народов», «гражданское общество» и т.д. Или: «метафизическое противостояние», «парадигма Сталина», «душа народа» и т.п.

Но главное – пандемия неумолимо захватывает все международные и государственные институты так называемых развитых стран, чем сытее страна, тем яростнее. Подходит время религиозных войн. Мы-то своё пожили, вот только детей жалко.


Последнее. Два коротких ответа на два простых вопроса

Кто управляет инфантилизацией стран первого эшелона? Где тайный центр, штаб-квартира? Где расположены плантации молодильных яблок?

Нигде и везде. Как сеть Интернет. Кто управляет – никто, вернее, каждый по чуть-чуть. Транснациональные корпорации и так или иначе связанные с ними (а они всегда связаны) политиканы, медиамагнаты и т.д. и т.п. до низовых телевизионщиков, журналистов, кинопродюсеров, дизайнеров и иных устроителей быта и зрелищ. Причём сами, не подозревая об этом, но лишь гоня контент для публики-дуры в соответствии давным-давно готовыми рецептами, приобретшими статус аксиом, редакционной политикой да и, что греха таить, собственными вкусами и представлениями. Делая это совершенно искренне. Шарабан запущен давно и давно уже катится сам по себе по прочерченной когда-то колее.

Есть ли лекарство от пандемии?

Есть, но, увы, горькое. Лекарство это – ликвидация перепроизводства и достижение радикальной ненасыщенности рынков. Так лечится не только инфантилия, но и обычные мировые кризисы.
Ну а ликвидировать перепроизводство и очистить рынки может только какой-нибудь катаклизм, самый простой – война, желательно мировая.
И понятно, что лекарство это не навсегда, а на время. Пока подопытные опять не разжиреют.
Так-то вот.
Кстати, чем более массовый характер приобретает инфантилия, чем дуболомнее и высокопоставленнее её жертвы, тем выше риск мировой войны. Теперь – мировой религиозной. Так что, похоже, природа сама это дело скоро отрегулирует. Только вот детей жалко.
Tags: дряшин, инфантилия
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments