Михаил Дряшин (dryashin) wrote,
Михаил Дряшин
dryashin

Сталкер, Андрей Тарковский

ощущения от то ли пятнадцатого, то ли шестнадцатого по счёту просмотра на большом экране после почти тридцатилетнего перерыва

Писать о «Сталкере» пошло. Как о любой глыбище. Всё уже сказано до нас. И что есть, и чего нет. Махина давно обросла легендами.

Даже история создания – небезызвестный сад расходящихся тропок. По официальной версии первый вариант смыло при проявке. По другой – у мэтра попросту ничего не получилось. И чтобы скрыть конфуз и выцедить из ненавистного государства денег на вторую попытку, Ермаш сотоварищи и придумали лабораторную катастрофу, а уж потом и вправду смыли. Где-то между этими полюсами маячит землетрясение в Средней Азии, которое тоже якобы на что-то там повлияло.

Как бы то ни было, ощущение, что не людское это, что Сверху живо и деятельно участвовали, рукой водили, не покидает. Посему и говорить что-либо по поводу ленты сродни если не лёгкому бытовому святотатству, то глупости – точно.
А не водить не могли, ибо, что скрывать, был постановщик утомительным претенциозным занудой и издавал периодически откровенные глупости. Свидетельств тому немало. А тут вдруг такое и не единожды… «Солярис» вот тоже в горний транс вводит. Меня, во всяком случае.

Друг сказал, «Сталкер» это портал. Очень точное определение. Состояние, медитация (что бы это слово ни значило), магия, болезнь, наркотик для подсевших.

Сюжетная начинка на втором, если не на третьем по ценности месте. В ней копаться не возбраняется, только там давно уже всё выкопано. И развитие начатой ещё в «Солярисе» темы машины желаний, оживляющей демонов подсознания, трансформировавшейся потом в столь же навязчивый мотив неукоснительного исполнения зарока за отмаливаемое или отмоленное –молитвы, попытки прямого обращения ко Всевышнему со вступлением с Ним во вполне осязаемые отношения; и подвижничество-диссидентство с «успехом нашего безнадёжного дела», и практически прямая, применительно к центральному персонажу, отсылка к Назарянину, и ещё много чего другого.

А про «икебану», так именовалось создателем долгое, иногда многодневное выстраивание каждого кадра, сказать не то, что нечего – нечем. У Эдуарда Артемьева вот есть инструмент, он мог. Но не всем же быть Артемьевыми.

И ещё: жаль, лента не оказалась его последней. Не увенчала. Уходить всегда лучше на пике, а не под гору. Не физически, разумеется, но применительно к делу.
С другой стороны, может и не случайно именно после «Сталкера» его смыло туда, где создать что-либо подобное не было уже никаких шансов.
Tags: про кино
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments