Михаил Дряшин (dryashin) wrote,
Михаил Дряшин
dryashin

Category:

в свете дылд

В 2015 году разродился репликой о Левиафане, вот она:

Левиафан
Андрей Звягинцев, 2014, Россия

По привычке при просмотре писал текст впечатлений. Его даже жаль.
Всё окончательно определилось уже под конец. До того надежды умирали одна за другой. В итоге высмотрел чугунно-литейный опус про кровавую сраную рашку. Тот самый, о котором читал, и в который до последнего не хотелось верить.
Игра актёров, операторская и звукооператорская работы замечательны. О них как раз в том тексте впечатлений, который, увы, оказался не у дел.

...
Ныне, разгребая ворох салфеток, наткнулся на тот самый, пропащий текст впечатлений. И стало его жалко.

Левиафан
Андрей Звягинцев, 2014, Россия

Импортная история. Сразу же огромный дом с огромной кухней, где завтрак. Рядком холодильники.
Добавлено серых тонов, обшарпанности, но остов американский. Опять же герой на машине, дома американская семья – жена бездельница и сын. Жена-бездельница, простите, домохозяйка, при одном ребёнке – для России нонсенс. Это там у них в кино, а, может, и в жизни. Но не у нас. Но ситуация зато привычнее смотрится. Им привычнее.

Итак, муж по делам, сын в школу, жена одна на огромной кухне и вообще в доме. Это со двора дом кажется халупой, изнутри – очень даже. Внутри то, что так поражает нашего человека в импортных домах – простор.

Так что Россию я не узнал. Не потому, что облили грязью, а потому что не Россия это. Это абстрактная ситуация с американо-канадскими корнями, где ширь, гладь, дом и одинокий волк сражается за дом, бездельницу-жену (потом выясняется, что вроде бы даже работает на рыбзаводе, но как-то неубедительно), сына-хама и машину чтобы рассекать эту ширь и гладь. Условная Аляска.

Так оно всегда у Звягинцева и было. Он вообще старается делать фильмы для всех, вне национальной специфики, другими словами – на экспорт, для чего и ставит задачу быть понятным с той стороны. В своё время смеялся над нарочито универсальным выбором имён ещё в его «Изгнании». Никаких тебе Прохоров или Серёг. Специально выписал: Александр, Марк, Роберт, Герман, Кир, Ева, Макс, Виктор, Лиза, Фаина, Фрида, Флора – ну разве не прелесть?

Была бы чернуха, был бы Митрич. Но тут совсем другое пространство. Думаю, снимал бы подобное за кордоном, только, во-первых, кто ж ему даст, во-вторых, тяжелее. Всё-таки на своём языке, в своей стране и со своими актёрами и прочей творческой группой сподручнее.

Вон ту же «Елену» пробовал ведь в Британии делать, так кто ж ему дал? Тамошнее министерство самоцензуры в лице держащих нос по ветру продюсеров пыталось дедушку Фрейда пропихнуть с инцестом, если не ошибаюсь. Без инцеста никакого интереса. А ещё лучше бы вместо тёти Елены педераста Элена.
А так, если б не мешали, снял бы условно английское быдло вместо условного русского – автору-то по барабану. Он озабочен только лишь инвариантностью своих творений, их пониманием всеми. За рубежами отечества, разумеется.

Другое дело – остальные. Сценариста хоть взять, некоего Олега Негина, тот – да, ни дать ни взять бичеватель и обличитель. Сценарий откровенно дубоват.

Местный властитель и главный поп водку трескают и недоброе замышляют. Храм же разрушен, руины. Подростки там собираются, сидят, костры жгут. Потому как тянет их туда. Бог оставил, а души стремятся, того не сознавая. Особенно невинные. А нынешняя церковь безблагодатна. Такая вот метафора. Много там их таких, чугунных.

Или Серебряков, к примеру. Думаю, тоже во вполне антисоветской картине снимался, как ему кажется. У него сейчас этот вопрос остро стоит. Не унять ничем.
Но наш-то соколик Звягинцев – не от мира сего. Эти о своём, а он, знай себе, о своём щебечет. Оттого и картинка выше всяких похвал. И вообще всё, что не касается остросоциальной проблематики, – кино самое настоящее. Кино, оно только для имбецилов история с сюжетными поворотами. На самом деле кино это живопись.

Да и сама история с поворотами в шаблон явно не вписывается. Причём в шаблон американский. По этому поводу русская патриотическая общественность уже возмущалась.
Враг героя – мэр города, грязная гнида, которая, кстати, чисто по-американски как огня боится выборов. Не избрать могут, слышите? Чуть что избиратель отвернётся. Тут всё по шаблону. Но дальше…

Главное действующее лицо – очевидный взрывной чудак на букву «м». Жена сыта по горло им и его сыном, мелковозрастным мерзавцем, в чём зрителя убеждают вполне аргументировано. Они и вправду достали. Так что столичный адвокат, ведущий себя прилично адекватно, да и собой ничего – единственный глоток свежего воздуха. Хоть на ночь, а дальше будь что будет. Вполне по-чеховски и даже по-островски. Измена от безысходности. Дальше-то всё равно жить с этими. Или не жить вовсе.

И никаких тебе рейнджеров-мстителей.

Однако ближе к развязке картина начала сыпаться. Метафоры вконец отяжелели. Висящие на стенах ружья стали наперебой палить. Персонажи – изрекать изречения и терять остатки человеческого облика. И достали уже пить. Ей богу, достали.

До последнего честно надеялся на лучшее. Но, вынужден признать: в итоге получилась самая что ни на есть кровавая рашка с отчётливым отливом радиостанции Шансон.
Tags: про кино
Subscribe

  • Закрывая тему выборочных немецких пенсий

    Заяц думал, что танковая атака направлена против него. Илья Ильф О ситуации с выплатами евреям-блокадникам на пальцах, если кому интересно.…

  • (no subject)

    В связи с новым военным блоком англосаксов всё вспоминают про контракт по Мистралям, который под внешним нажимом мягкотелым и трусоватым французам…

  • (no subject)

    Фигура - может быть, но внешность Дарьи Боярской более чем заурядна. Сравнения с Иванкой уж точно не выдерживает от слова "совсем". Чего они всё как…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments