Михаил Дряшин (dryashin) wrote,
Михаил Дряшин
dryashin

Categories:

Разрабы (Devs) (минисериал, 8 серий), Алекс Гарленд, 2020, США

любителям жанра

Русское название придумал какой-то остро оформленный идиот. Шкрабы, твою дивизию.
В бульварной беллетристике тема растревожена, судя по всему, довольно давно, и «Конец Вечности» тут совершенно ни при чём, хотя это, пожалуй, первое, что приходит на ум.
Из литературных первооткрывателей и увлечённых популяризаторов одного философского тупика, речь о котором ниже, помню лишь Ариадну Громову и Рафаила Нудельмана, сочинивших изданный в 1973-м году в «рамке» роман «В институте времени идёт расследование». «Библиотека приключений и научной фантастики», она же «рамка» — всем известная в моей вселенной книжная серия издательства «Детская литература».
Так вот, книжка эта в лёгкой приключенческой форме рассказывала советским школьникам о крахе свободы воли в случае триумфа материалистического детерминизма. Ибо одно начисто отрицает другое.

Единственным выходом из тупика виделось признание как данности, не требующей доказательств, квантовой неопределённости, вероятностной природы сначала микромира, а с ним и всей прочей реальности. Это снимало излишнюю строгость причинно-следственных связей. На таком взгляде настаивал Бор, а ему яростно сопротивлялся Эйнштейн.

Но если прав таки был Эйнштейн, и Господь действительно не играет в кости, тогда всё выходит совсем скверно: нет никакой свободы, ни в большом, ни в малом. Даже при покупке йогурта мы ничего выбрать не в состоянии. Фатализм пронизывает мир до мельчайших его деталей, до числа ворсинок на кончике хвоста пуделя, до направления полёта последней тополиной пушинки, до того, что вы в данную минуту читаете именно эту рецензию, а не какую-нибудь другую. И всё это предопределено ещё 14 миллиардов лет назад. Ей Богу, лучше бы Ты играл в кости.

У Громовой, Нудельмана и большинства современных фундаментальных теоретиков описанная коллизия разрешается бессчётным числом параллельных вселенных, свободу воли, соответственно, допускающим. То есть, всё той же квантовой неопределённостью.
Алекс Гарленд ужесточил ситуацию, попытавшись закрыть и эту лазейку. Вселенная у него вроде бы одна единственная. Бога нет. Неопределённости тоже нет, ни на каком уровне. Во всяком случае, по ходу пьесы всем велено так считать одним из ключевых персонажей. И всё. И кирдык.

И, разумеется, ни знание прошлого, ни знание будущего в таком мире ничем помочь не может. Предвидение ничего не способно изменить, ибо возможен только один единственный вариант развития событий, одна мировая линия, и любая попытка её обойти уже заранее будет в нёй учтена. Эйнштейн зачем-то настаивал именно на таком устройстве бытия.

Повествование – авантюрное, у экрана держит. Точно как когда-то сочинение Громовой-Нудельмана. И там, и там физико-философская начинка вписана в остросюжетный пирожок: у кумиров советской детворы – в наивное милицейское расследование, у Гарленда – в запутанный летальный триллер, где каждый совсем не тот, кем прикидывается. На этом, впрочем, сходство двух опусов и исчерпывается.

Приятны ещё мелочи, что русского «крота» Сергея Павлова, к примеру, играет человек с внешностью пацана на районе с лёгким ордынским вкраплением. Гарленд, похоже, чувствует ещё и это, будучи каким-то образом вовлечён в этническую и культурологическую специфику. Как ни странно, носитель столь стереотипной для наших палестин физиономии – некто Карл Глусман, сын немецкого еврея и ирландской католички.
Но будем справедливы, с подбором физиономий в сериале далеко не всё безоблачно: китаянку играет наполовину японка – наполовину европейка, на уроженку Поднебесной, да и вообще на азиатку не похожая даже приблизительно. Но это уже мелочи.

В целом представление обладает достоинствами добротного и даже хорошего кино. Даром что сериал. Есть где глазу отдохнуть, в том числе и эстетскому. Так энергичное доселе повествование в любой момент может обернуться психоделически вязким месивом на манер какого-нибудь True Detective и пр.

И последнее. Алекс Гарленд теперь то ли последний бастион, то ли, напротив, пионер новой волны жанра, исстари именуемого Научной Фантастикой. Имею в виду умственную, «крепкую» её разновидность. Хочется, понятное дело, чтобы пионер, а не бастион. Но тут уж как кривая вывезет. Квантовая неопределённость.

Tags: про кино, ящик
Subscribe

  • Война будущего (The Tomorrow War), Крис МакКей, 2021, США

    Лишь тот достоин жизни и свободы, Кто каждый день за них идёт на бой Апокалиптическая стрелялка с монстрами и перемещением во времени. Собственно,…

  • стефанович

    Вослед ушедшему Стефановичу. Кажется, лучшее, что он сделал - этот вот клип, когда и клипов-то ещё не было. Сам ли наложил мосты на музыку под…

  • Дочки-матери, Сергей Герасимов, 1974, СССР

    Герасимова не то чтоб не любил, но не любил. За, как теперь говорят, пафосные (прилагательное в последние годы истаскали), искусственные, выломанные,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 0 comments