Category: космос

Category was added automatically. Read all entries about "космос".

Дальний космос (Stowaway), Джо Пенна, 2021, США, Германия

Stowaway – безбилетник. Твёрдый механистический НФ в последнее время перестаёт быть редкостью, что несказанно радует моё мальчиковое сердце.

А тут ещё и никакой Америки, никаких звёздно-полосатых шевронов, никакого «Хьюстон, у нас проблемы». Вместо Хьюстона абстрактный Гиперион. Притом, будущее наиближайшее. Максимум лет двадцать тому вперёд, а то и все десять, если вообще не пять. Тумблерные переключатели, механические реле, телеэкраны, красные кнопки и всё такое прочее. Гравитация достигается вращением корабля, как в приснопамятном «Марсианине», только ещё проще. Разнесённые чуть ли не на километр и соединённые длиннющими тросами-кабелями жилой модуль и ракета крутятся вокруг расположенного посередине блока солнечных батарей, являющегося осью вращения всей конструкции.

Гегемона нет, но политкорректность на первых порах вроде бы никуда не девается: экипаж состоит их двух разновозрастных дам (предпенсионной и девчушки) и одного раскосого корейца по имени Дэвид.

Зато инфантильно-сентиментального и туповатого космического зайца играет гуталиново-чёрный негр, разбирающийся, похоже, только в рэпе и баскетболе. Остальные, олицетворяющие то ли человечество в целом, то ли просто нечёрное население США, на протяжении всей ленты решают, что с этим, буквально свалившимся им на голову темнокожим делать, ибо тот по собственной безалаберности, стал угрозой жизни для экипажа, а убивать его как-то не по-людски, негигиенично, хотя… как посмотреть.
Разговаривают с обузой, как с безнадёжным больным, не знающим ещё своего диагноза и оттого пребывающим в иллюзиях. Отводят глаза. Боливар, как ни старайся, не выдержит четверых. Гуманизм в итоге не побеждает, вернее, побеждает, но в ином, светлом и печальном смысле. Там, где горних ангелов полёт.

Короче, острая политическая злободневность сквозит изо всех иллюминаторов. Оттого, похоже, от американской символики и решено было избавиться. Чтоб в случае чего отвести подозрения. Проект, дескать, международный.

Попробуем ещё более усложнить наше словоблудие. И вот перед нами уже тема лишнего человека. Лишнего в принципе, лишнего, как такового, причём решённая не по-чеховски, а по-толстовски. Когда человек этот мешает чисто физически, ибо он физически лишний. Как Федя Протасов, но не Иванов с Треплевым. Сам вроде неплох, но своим существованием не даёт жить окружающим его хорошим людям. Буквально не даёт. Самим фактом своего существования.

Что же до самой картины, как до кино, то это никак почти до самой концовки. Добротно и недёшево исполненная история, начисто лишённая какого-либо медитативного обаяния, хотя казалось бы все козыри на руках: ледяная бесконечность, бескрайние просторы вселенной, космическое одиночество, все дела. Чувствуется разве что полная беззащитность. Хотел было даже с фильмами о полузатопленных подводниках сравнивать, где ровно та же безвыходность и дефицит кислорода. Но душераздирающая кода, исполненная невыразимой печали и пронзительной поэзии самопожертвования, многое, если не всё, искупила и расставила по местам. Высокая, за душу берущая нота.

Твёрдый НФ оказался на поверку не таким уж и твёрдым, вернее, совсем даже не НФ, а погребальной трагедией с восхождением к ослепительным вершинам духа. И никаких тебе тайн Марса и мирового пространства, одна только вышняя жертвенность бледнолицых, коей трусоватый шоколадный заяц ни капельки не достоин.

И да, это ещё одно художественное высказывание (предыдущее – «К звёздам» Джеймса Грея) о том, что не надо бы нам вообще туда лезть, ибо не наш это промысел.

Экспансия / Пространство (The Expanse) (сериал), Группа товарищей, 2015- …, Канада, США

Любителям жанра. Совсем не дешёвый неонуарный киберпанк, со всей очевидностью вдохновлённый «Бегущим по лезвию». Со своим Риком Декардом даже в одной из линий, сумрачным детективом Миллером с Цереры. Вот бы старина Дик порадовался.
Впрочем, киберпанк это всегда нуар. Как, к примеру, спагетти-вестерн. В основе киберпанка, помимо атрофии чувств, грязноватая потёртость хайтека. Контраст. Симбиоз самых передовых технологий с тотальной антисанитарией четвёртого мира. Коррекция генома или, не знаю, взлом нейросетей пятисотого уровня, произведенные немытым бродягой родом с какой-нибудь ржавой свалки промышленных отходов, питающимся дошираком; космические суда на самом последнем издыхании и всё такое прочее. Эстетика высокотехнологического декаданса, когда человек человеку не только волк, но и жестянщик.

Невесёлое капиталистическое будущее. 23 век. Мрачноватое до безысходности бытование трёх с трудом терпящих друг друга человеческих популяций, обитающих на Марсе, Земле и астероидах. Противостояние на грани войны. Тупиковая экспансия. Освоение Солнечной системы, чреватое самоликвидацией.
Собственно, всё. Зрелище умелой выделки. Был бы моложе – увлёкся бы не на шутку.

Звездопад, Игорь Таланкин (урождённый – Индустрий), 1981, СССР

Понятно теперь, над кем издевался Данелия, дав недотёпе Стеблову отчество Индустриевич. Соавтор «Серёжи» Игорь Таланкин как раз и был Индустрием, возможно, не только по паспорту.

Снят опус под очевидным влиянием Тарковского. Даже не так. Снят человеком, Тарковским на тот момент одержимым. Оттого и избегаю клейма «тарковщина», хоть соблазн и велик.

Зеркало, Сталкер, каплями даже Солярис. Но Сталкер особенно.

По мотивам трёх рассказов Астафьева, о чём заявлено во вступительных титрах. Искусственное выломанное манерное, т.н. поэтическое кино. Индустрий, собственно, такое только и снимал, если позволяли. А не позволяли – не снимал, послушно снимая, что позволяли. Но умело.

Тут же две трети ленты – зеркало сталкера. Цитата на цитате. Не исключено, ещё и фига в кармане – годом ранее Тарковский как раз отбыл в Италию. Жалакявичус вот тоже, в тот же примерно срок, отметился мелькнувшей в лучшем его фильме афишей опального почти мэтра. Но верней крамолы – искренне упоение эстетикой, назовём его так, медитативного ржавого декаданса, первооткрывателем коего как раз и стал гениальный эмигрант.

Индустрий же оказался для непосильной ноши квёл: сентиментален и пошловат. Пусть и самую капельку. Дарья Михайлова, однако ж, бесподобна – лучшая её роль по моему разумению. И Глаголева хороша.

А перекличка с Тарковским объяснима не одним только упоением оным. Картину снимал оператор «Зеркала» Георгий Рерберг, отставленный маэстро по слухам – по глупому жениному наущению. Общеизвестно ведь, гений особым умом не отличался.

Полночное небо (The Midnight Sky), Джордж Клуни, 2020, США

2049 год. По какой-то техногенной причине воздух Земли становится ядовитым. Человечеству каюк. В далёкой антарктической обсерватории, куда ветры пока не принесли миазмы, предоставляя кратковременную отсрочку от неизбежного, обитают смертельно больной полярник, почти старик, привязанный к диализатору, и забытая родителями девочка лет семи. Полярник пытается всеми силами предотвратить возвращение ни о чём не подозревающей космической экспедиции с открытого им же, ещё в молодости, спутника Юпитера, пригодного для жизни. Но сигналы не доходят, а истосковавшиеся по дому путешественники рвутся к Земле, куда рваться не стоит категорически, отныне и вовеки.

Это и «На берегу» Стенли Крамера, и «Знамение» Алекса Пройаса, и «Солярис» Тарковского – очень уж пара старик-девочка в стальных интерьерах высокотехнологической станции напоминает несчастного Гибаряна и его малолетнюю гостью с колокольчиками, тоже призрачную – то ли девочку, то ли виденье. А ещё, ко всему прочему, это «Любовь к жизни» Джека Лондона.

Бородатого полярника исполняет сам Клуни. Года два как отмечаю моду на окладистые бороды. Керри с такой же отметился в одном польском, столь же безутешном фильме, и ещё кто-то.
Ни разу не артхаус. Американский сурьёз. В чём-то даже сага. Но сделано старательно. Для тех, кто любит эсхатологические психодрамы и крепкий НФ.

К звёздам (Ad Astra), Джеймс Грей, 2019, США

Ощущение, что сорвалась с крючка огромная рыбина, мечта всей жизни, которую часа два вёл и почти что выволок на берег, а она на последней секунде взяла да и хвостом махнула. А ты сидишь с раскатанной губой, сопли на трясущийся кулак наматываешь. Положение хуже губернаторского.

Замечательная ведь мысль: слить воедино «Космическую одиссею 2001» Стенли Кубрика и «Апокалипсис сегодня» Френсиса Форда Копполы – ленты-оксюмороны – культовые образцы высокобюджетной и высокодоходной некоммерции.

Да просто взяться за умный крепкий science fiction с привлечением лучших сил и средств – уже подвиг, в буквальном и переносном дорогого стоит. Жанр который, к моей, жадного пожирателя, радости, нет-нет да и вспыхнет в последние годы яркой звёздочкой на кинонебосклоне.

Итак, майора Роя Макбрайда, он же капитан Бенджамин Уиллард, он же Дейв Боумен, отправляют с секретной миссией к кольцам Нептуна разобраться что за фигня там творится. Как в своё время Уилларда в джунгли и Боумена к Юпитеру.
В джунглях Нептуна меж тем окопался безумный полковник Курц, он же HAL 9000, в нашем случае – отец Роя Макбрайда – легендарный астронавт, живая легенда Клиффорд Макбрайд, который поубивал весь личный состав во имя великой Цели, а ныне творит форменные непотребства, угрожая существованию человечества.
Ну и понятно, надо этого предателя родины, беглеца с Земли, фанатика познания любой ценой, сектанта научной истины и прочее и прочее – прикончить вместе с его логовом.

Самая увесистая по продолжительности часть картины – вязкая метафизическая дорога на ту сторону, путешествие в Никуда, в Ничто (всё с прописной). С потерей экипажа и мучительным глухим одиночеством в бездушной ледяной бесконечности.
Road Movie to Hell в упрощенном, конечно, в сравнении с прототипами варианте, но всё равно с рефлексиями.

На старте путешествия по космическому Меконгу зрителю демонстрируют беспомощность того, что принято считать цивилизацией, полную несостоятельность её перед лицом Бога. Совершеннейшее фиаско.
Недалёкое будущее, мир катится в тартарары. Любое освоение даже самого ближнего космоса оборачивается реконкистой потребительской пошлости и кровавого варварства. Как в старинном советском анекдоте о несуне с завода, у которого при сборке из украденных деталей вместо пылесоса всегда получался пулемёт.

А герой летит справлять свой Эдипов комплекс. Возможно, убив монстра, он и сам станет монстром. Всё вроде к тому и идёт – яблоко от яблони, тем более и у сына с его экипажем тоже некрасиво всё получилось. Не успел оглянуться, а они все уже мёртвые. Да и сюжет этот древний – убил чудовище, сам стал чудовищем – был одной из альтернативных фестивальных концовок «Апокалипсиса» Френсиса Форда Копполы.

Короче, всё могло бы сложиться замечательно в плане разрешения интриги и художественного оправдания представления. Конфетка могла бы выйти. Но, увы, то самое великое и ужасное Ничто, к которому столь мучительно восходит герой в течение двух часов экранного времени, так и не придумалось. И закончилось всё плачевно. Для зрителя, разумеется.

Кубрик в своё время завершил опус вишенкой на торте – мистификацией, имитацией смысла смыслов и выхода повествования на новый уровень, чтобы зритель изводил себя потом догадками.
Коппола в той или иной мере оставил финал открытым, наснимав к тому же альтернативных концовок. А тут…

Вера наших отцов пусть с отцами и остаётся. Пора уже потихоньку сливать воду. Спасибо им конечно за подвижничество, за жертвенность. Ибо мы плоть от плоти, кровь от крови. Но… Но поколение титанов кануло. Время земным озаботиться.
Ибо любой выход за пределы ойкумены грозит крупными неприятностями – новым варварством, войной за ресурсы, трагедией рождённых и выросших вне Земли, повальным смертоубийством и членовредительством или, как в рассматриваемом случае, угрозой всему человечеству, тем более выяснилось, что человечество-то совершенно одиноко, и нет у него никаких братьев по разуму. Это всё титаны навыдумывали.
Так что беречь надо матушку Землю, обустраивать, жить по совести и не высовываться. Не про нас это всё. Да и незачем.

Незатейливая в общем-то проповедь, прочитанная в «Солярисе» ещё, Снаутом-Ярветом:

«Мы вовсе не хотим завоевывать Космос. Мы хотим расширить Землю до его границ. Мы не знаем, что делать с иными мирами. Нам не нужно других миров, нам нужно зеркало. Мы бьемся над контактом и никогда не найдем его. Мы в глупом положении человека, рвущегося к цели, которая ему не нужна. Человеку нужен человек».

Хватит, дескать, дурить. Бесперспективно. Всё, что нам нужно, это любовная любовь. Герой вот вернулся и с женой помирился. И вообще миру – мир.

Какая всё-таки гадость ваша заливная рыба. И ради вот этого столько копий ломалось, столько стульев? Два часа высидел, а оно вон оно как. А я с раскатанной губой, сопли на трясущийся кулак наматываю.

Высшее общество (High Life), Клер Дени, 2018, Франция, Великобритания, Германия, Польша, США

Лента подпадает под уничижительное определение «тарковщина». Как любое подражание классику за исключением, разумеется, откровенного его цитирования в расчёте на немедленное узнавание.

У Клер Дени практически сразу, на четвёртой минуте, находим хрестоматийную цитату из «Сталкера». Глухо ухающее в мазутный колодец нечто, то ли камень, то ли гайка с бинтиком – лень проверять, «пусть исполнится то, что задумано, пусть они поверят»...
И герой подстрижен и небрит нарочито под Кайдановского, с тем же сигнальным седым пятном справа по лбу. И дочь у него необычных задатков, не удивлюсь, если стаканы взором передвигает.

Занятно, что герои-любовники, ставшие всемирно известными благодаря клюквенным подростковым «Сумеркам», не пошли вразнос. Стараются, как могут, сниматься не в попкорне. Что Кристен Стюарт, что Роберт Паттинсон. Не всегда, правда, получается.

Мы же имеем в чём-то «Сталкер» в интерьерах условного «Соляриса». Собственно, оно «Солярис» и есть. У каждого из экипажа свой грех. Неискупимый, необратимый, смертный. Но всё жёстче – никаких шансов, никаких вторых попыток. Всё летит в чёрную дыру. Никто не спасётся. Или спасётся. Смотря что считать спасением.

А тарковщина ибо гипнотическим эффектом опус, увы, не обладает. Нет волшебства, хоть разбейся. Когда с любого момента и до конца, в который уже раз, не в силах оторваться. Не исключено, всё так просто за отсутствием приличествующей музыки.

А ещё тяжёлые подозрения в лёгком шарлатанстве вызывает искусственная усложнённость и ничем, ни сюжетно, ни визуально, не оправданная затянутость. Когда автор, напустив дыму, сам внятно ничего объяснить не в состоянии, но с глубокомысленной миной интригует простофилю-зрителя. Особенно это ощущается на коде.
Типичный, между прочим, фортель у вороватых факиров. Все помнят концовку «Космической одиссеи 2001»?
Вот и я о том же.

Любовь (Love) 2011, Сигнал (The Signal) 2014, Уильям Юбенк, США

Любовь (Love) 2011, Сигнал (The Signal) 2014, Уильям Юбенк, США

Существует ли вообще science fiction как жанр? В том самом юношеском, советском его понимании.

Если существует, почему практически любая попытка его экранизации заканчивается либо ужасами, либо (в лучшем случае) абстрактными психологическими драмами, где science fiction только повод, технический приём, либо же таинственной сюрреалистической недосказанностью категории «космос – субстанция загадочная, не для чумазых»?

Кто «Туманность Андромеды» помянет, тому глаз вон, поскольку был ещё и четвёртый вариант – иллюстративная коммунистическая пропаганда. Она уж точно не в счёт.

Острее всего сочувствуешь чистым сердцем киноэнтузиастам, пытающимся в «жанре» работать. Не в плане лютого блокбастерства, а вдумчиво и серьёзно.

Есть ведь ощущение, что жанр устойчиво существует, минимум, столетие. А киноверсий раз, два и ни одной. Тарковский вот. Но science fiction от Тарковского, согласитесь, комичен. Где он там? Сиротскими проблесками.

Недавний «Конец детства» по Кларку. Тот же Кубрик со своей Одиссеей. Собственно всё. Впрочем, там тоже концовочка с эмбрионом та самая, рассчитанная на вдумчивого зрителя, который сам всё себе растолкует, а невдумчивый устыдится признаться, что ничегошеньки не понял.

«Машину времени» Уэллса бы кто для начала экранизировал. Серьёзно, по-взрослому, не для тинейджеров. Вот бы где разгуляться депрессивному галлюционисту. Почему-то нет охотников.

Это я смотрю неплохие в общем-то фильмы Уильяма Юбенка. Фильмы крепкого такого малобюджетного середняка.

Один об одиночестве космонавта, брошенного на космической станции по причине ядерной войны. Не раз, кстати, представлял себе таких горемык на орбите, когда в Землю неожиданно врезается какой-нибудь астероид. А им и застрелиться-то не из чего. Но всё убил загадочный финал, явно рассчитанный на множественность киноведческих толкований.
Другой и вовсе идиотический, но не менее безысходный.

Толмача бы только в кипятке сварить. «Какой из сезонов твой любимый?»
Дягилевский, любимая, дягилевский.
«Время года» чем вдруг не устроило? Чего по-русски то не изъясниться?

А ещё нравятся полуторачасовые картины. Отрадно, что в последние годы становится их всё больше и больше. Устал я уже от двух и трёхчасовых.

Продолжение советской космической программы

Восстановим справедливость. Смотрю Ни бе ни ме нехило по Первому каналу, выпуск сегодняшний, от 27 марта.
Играют с девушкой из зала. Девушка не знает фамилии Гагарин, Терешкова - тем более. Она не от волнения и не прикидывается. Она действительно не знает. Ей уже подсказали, что речь идет о первом космонавте и что звали его Юрием. Она понимает, что речь идет о первом космонавте. Но напрочь не знает его фамилии.
Девушка живет в России, судя по всему, является гражданкой и наверняка училась в школе.
Прелесть начинается с момента 19:30 по хронометру.


Без трусов, но в каске

27 января 2011Новости@Mail.Ru
В ноябре 2010 года столичный мэр Сергей Собянин решил не отказываться от принятой еще при Юрии Лужкове программы «Народный гараж», предлагающей москвичам машино-места по 350 тысяч рублей. До конца 2011 года планируется возвести 130 гаражей, в будущем году — еще 140 Читать дальше


27 января 2011Новости@Mail.Ru
Российская космическая программа предусматривает покорение Луны в ближайшие 20-25 лет. Уже в мае Россия выведет на орбиту самый большой в мире радиотелескоп. Ведется разработка системы создания искусственной силы тяжести на орбитальной космической станции. О грядущих космических инновациях говорили на Академических чтениях по космонавтике в МГТУ имени Баумана. Читать дальше

Черный день космонавтики

Не очень понял, почему у нас объявляют национальный траур в день космонавтики. Это же вроде не наш президент. Может, так принято по какому-нибудь протоколу? Может, так обычно делается, а я не знаю?
Сведущие, объясните, пожалуйста.