Category: медицина

Category was added automatically. Read all entries about "медицина".

Высшая форма (Perfect), Эдди Алказар, 2018, США

Манерное эстетское кино. Со значением. Ровно как в приписываемых Хармсу анекдотах: «Ничего ему не сказал, только пожал руку и в глаза посмотрел. Со значением». Ну, вот так же.

Картинно-видовое, тягучее, глянцевое. Блуждания в сумеречных лабиринтах сознания, сознания болезненного, извращённого. С полнейшей неочевидностью реальности реального и ирреальности ирреального. С невозможностью отделить сон от яви и неопределимостью текущего состояния героя, вроде бы совершившего непоправимое и потому направленного в странную технически продвинутую клинику для поправки психики.
Клиника, возможно, ему только мерещится. Или мерещится убийство. Или производимое в клинике очищение сознания и есть смерть, и мы следим за кончиной убийцы, по наступлении которой он воссоединяется со своей жертвой. И прочая и прочая. Возможных толкований воз и маленькая тележка.

С заумным зрелищем частично мирят ландшафты. Страсть как люблю непроходимые бескрайние, до горизонта, заросли, да ещё и в горах.

Снято если не в манере, то в духе Алекса Гарленда, Люсиль Хадзихалилович и в чём-то даже Йохана Йоханнссона, с лёгкой претензией на фантастику.

И – да, тот самый артхаус в общеупотребительном, если хотите, негативном смысле. Психоделическое занудство, местами красивое, местами жалкое. Но красивого больше.

(no subject)

А вот, если через два месяца после прививки Спутником Ви тест на антитела даёт отрицательный результат, означает ли это, что организм оказался сильнее Спутника Ви и триумфально его победил?

(no subject)

И ещё, стоило бы составить список отечественной творческой элиты с нетерпением ожидавшей немцев, как избавителей от ига сталинского кремлина.
Сходу вспоминаются медицински неадекватный Хармс и более чем продуманный Пришвин. Оба истово алкали рюриковичей. Последний сетовал даже на взрывной дикарский нрав, мешающий Московии стать послушной колонией рейха.
Всё как и ныне.

(no subject)

Не могу не поделиться дивным таким предложением. Был, понимаешь, студент, скажем, будущий инженер или врач, а стал амбассадор бренда. А там, глядишь, и до трансгендера с фонариком рукой подать.
Может даже, и не рукой.

(no subject)

Зато какая звонкая характеристика получилась, какой окончательный, не подлежащий обжалованию диагноз:
Мудак с фонариком

Сад наслаждений (El jardín de las delicias), Карлос Саура, 1970, Испания

Рыхлое кино с претензией на глубокомыслие без достаточных на то оснований. К счастью, не натужное, смотрится легко, полтора часа всего.

Состоятельный бизнесмен, попадает в аварию, после чего становится беспомощным, как ребёнок, а, главное – начисто теряет память. Авария, впрочем, необязательна, ибо по всем признакам исполняется перед зрителем геморрагический левосторонний инсульт. Исполняется, кстати, со знанием дела.

Склеротик и паралитик в прошлой своей жизни никому не доверял, храня в голове номера всех счетов и коды всех сейфов, к которым отныне доступ заказан уже решительно всем. Домочадцы во что бы то ни стало пытаются привести героя в чувство и в память, закатывая перед ним целые представления, живые картины из забытой им жизни. Его жизни, как она видится им со стороны.
И кое-то вроде бы даже удаётся, но, увы, не банковские реквизиты и вообще ничего глобального. Увы, это конец карьеры делового человека и вообще крах его жизни, какой она у него была.

В ленте, решённой потоком сознания на манер 8 ½ и бесчисленных развитий придуманного Феллини жанра, явь перемешана со снами и провокациями родственников, разыгрывающих костюмированные спектакли, границы реального и ирреального размыты, ибо видим мы всё сквозь спутанное сознание ментального инвалида.

В главной роли замечательный Хосе Луис Лопес Васкес, которого мы через четыре года, с появлением «Кузины Анхелики», успеем ещё узнать и полюбить. Тут тоже он, взрослый, фрагментами изображает ребёнка. Возможно, идея Анхелики как раз и возникла в Саду наслаждений.

И, собственно, всё. Кажется поначалу, что это такой «Отступник» Джека Лондона или «Скандальное происшествие с мистером Кеттлом и миссис Мун» Пристли: герой впал в детство и не хочет из него выходить, ибо оказался в раю, в саду наслаждений, а вся его жизнь до того была каторгой. И неясно, правда ли он впал в деменцию и амнезию, или прикидывается. Возможно и то, и другое. Но нет.

Потом мелькнул другой, разоблачительный, вариант пробуждения, где добросердечие близких на поверку оказывается фальшью, что и выявляет свалившаяся на главу семейства беда. И снова мимо.

Третье предположение, в котором злосчастье заново знакомит героя с самим собой, и катастрофически не нравятся ему уже не окружающие, а он сам, тоже рухнуло с оглушительным треском.

Когда рассеялась пыль, взору предстала декоративная композиция на заданную тему. Коллаж, с многозначительными метафорами, тяжеловесными символами, удачно и не очень сыгранными эпизодами, безрадостными кусочками и безысходными лоскутками, которые ой как хорошо было бы насадить на жёсткий скелет стержневого авторского замысла, который я, к стыду своему, так и не нащупал.

Шендерович

Так ведь и концы отдаст на берегу, не дождавшись проплывания тел врагов. А сидит ведь старательно, вглядывается, не покажется ли из-за речного поворота хоть какой завалященький трупик. Зрение посадил уже, радикулит от речной сырости заработал, язву нервическую желудочную. А они всё не плывут и не плывут. Мерзавцы.

Один только Димон Киселёв на яхте рассекает живёхонький, с озорными бабьими визгами, залпами шампусика, шашлычным дымком да звуками блатнячка. Гуляет гондон.

Сохлый голодный Витёк ёжится, кутается в грязненький пледик, глаза его мокреют, старается не глядеть на вражье бесстыдство.

Вдогонку к блужданиям по сумрачному городу

То дивное пиво, что в 2018 году звалось в Толстом Фаере именным Фраерским и почему-то IPA, самое дешёвое в списке, стало на своё законное место, оказавшись в 2020 году просто Жигулёвским.
Не потеряв при этом ни в качестве, ни, к сожалению, в цене.
Кружка, как и раньше, порядка 160 руб. Никакой коронавирус не указ. Но если рекомендовать кому-то идеальный лагер "как раньше", то это оно.

Третья волна зомби (The Cured), Дэвид Фрейн, 2018, Ирландия

Ирландия. Миновала пандемия зомби-апокалипсиса. Нашли вакцину. Всех монстров переловили. Большую часть излечили, меньшую хотят усыпить. Переболевших отпускают по домам. Но те помнят все художества, что творили в адском угаре. Помнят и пострадавшие. Первые вроде бы мучаются совестью. Вторые либо ненавидят, либо ломают себя об колено, проявляя чудеса христианского всепрощения. Но внутри всё равно кипит. Бывшие зомби становятся людьми второго сорта, что толкает их к экстремизму, и все такое прочее. Целый букет неразрешимых сплетений, клубок противоречий. Жестокая драма. Неплохо снятая и сыгранная, кстати.

Очевидная аллегория. Не исключено, болезнью выведены нацизм, острое магометанство и прочие идейные людоедские мерзости.
Дескать, при правильном лечении отпускает, а заражённые не виноваты. Сами мучаются потом, прозрев, совершённым в кровавом помутнении рассудка. Эсэсовца или воина пророка нужно жалеть. Ибо не ведал он, что творил в исступлении. Напротив, верил в своего правоту дела. Накрыло, понимаешь, ражем. Был ведь честен перед собой. Сам мучился, страдал даже, но мужественно и самоотверженно исполнял долг, как его понимал. Это потом открылось, что всё неправильно было.

Европейский подход к абсолютному злу, явленный нам в художественном образе. Образ построен намеренно лукаво, так, что с вменёнными обстоятельствами нельзя не согласиться. Умалишённых, укушенных бешеной собакой, судить нельзя. Но если потом просветление случилось, то как со всем этим быть? А никак. Аффект есть аффект.
Очевидная подтасовка, подмена, ловясь на которую в самом начале, приходится согласиться со всеми последующими выводами. Уловка в том, что от доброй воли или ума человека случившийся с ним казус якобы не зависит. Как грипп. Одни подвержены, другие – нет. Первые не виноваты – такой генотип, такой вирус. Обстоятельства неодолимой силы и связанные с ними морально-этические сложности, включая разного рода ксенофобские проявления, ибо аборигены принимать обратно практически чужаков отказываются.

Европа вот уже восьмой десяток лет всё ищет себе оправданий. Ещё одна, наиболее близкая по срокам аналогия – это «одумавшиеся» рекруты ИГИЛ, возвращающиеся обратно в страны Евросоюза. Чего от них ждать? Надо ведь тоже жалеть, иначе все идеалы ни к чёрту.

Но это если вообще наполнять увиденное каким-то социально-политическим подтекстом. Можно этого и не делать, приняв показанное абстрактно-этической моделью, никак с реальностью не соотносящейся.

Был, кстати, целый британский сериал на тему реабилитации бывших зомби и принятия или непринятия оных обществом. Так сказать о трудностях социализации. Назывался он «Во плоти» (In the Flesh). Добро там вроде бы побеждало. Определённее сказать затруднительно, не смог высидеть у экрана – два сезона, много серий.

Тут, по сути, то же самое. А ещё повзрослевшая замухрышка из молодёжных сериалов нулевых – Эллен Пейдж в одной из главных ролей. Судя по всему, секс-символ там у них. Чуть не сказал «у зомби».